– Видим речку – разворачиваемся и идем назад, – добавляет Вадик.
– Здесь есть речка? – удивляется Тимур.
– Есть, – отвечает Вадик. – Мелкая, где-то по колено. Я через нее переходил, когда шел к холму. Если увидите, то знайте – усадьба сзади.
Они разделяются. Серый с Вадиком петляют вдоль домов, заглядывают в окна, зовут.
– Тебе не кажется, что мы занимаемся бесполезным делом? – спрашивает Вадик, наконец.
– Кажется, – честно говорит Серый.
– Ну так чего тогда мы глотки рвем? Пошли отсюда.
Серый вздыхает, светит напоследок в окно детского сада. Свет падает на кровати с разобранными постелями. Подушки смяты, из-под одеял видно припорошенные золотистой пылью маленькие маечки, кое-где рядом с маечками лежат мягкие игрушки, изъеденные хмарью.
– И тут нет, – безразлично говорит Серый и отворачивается.
За эти три года он видел вещи и пострашнее.
– Конечно, нет, и мы оба это знаем, – нервно говорит Вадик и за руку уводит его подальше.
Кожу царапает что-то острое. Серый опускает взгляд и видит – кончики пальцев у Вадика истончились, из-под ногтей вылезли острые когти.
– Вадик, успокойся.
Вадик растерянно опускает взгляд, дергает уголком рта в извиняющейся улыбке, и когти медленно втягиваются под ногтевую пластину.
– При маме такое не проверни, – хмуро предупреждает Серый. – Зрелище еще то.
– Я не самоубийца, – хмыкает Вадик и оживляется. – О, смотри, библиотека! Зайдем?
– И что мы там найдем?
– Да что-нибудь! Пошли!
Табличка на небольшом желтом здании чуть дальше от детского сада действительно гласит, что это досуговый клуб с библиотекой. Серый пробует открыть дверь, и та легко открывается. Вместе с Вадиком они идут мимо пустого гардероба, сворачивают, и попадают в царство книг. Большая часть стоит аккуратно, на выставочных стеллажах красуются аккуратные таблички «Мир фантастики», «Новинки». Серый с Вадиком углубляются и видят разграбленный стеллаж с научной и справочной литературой. Книги на нем перемешаны, кое-какие лежат вповалку. Вадик смахивает с корешков пыль, вертит парочку в руках и бросает с досадой:
– По съедобным растениям всё растащили. Учебников ОБЖ вообще нет.
Серый пожимает плечами.
– Ну… будем считать, они кому-то помогли. Пошли к Ленину?
– Сейчас, – Вадик тянет его к полкам с художественной литературой. – Пару книжек подберу, а то по вечерам делать нечего… А тут ничего так выбор! Жюль Верн, Браун, Стивен Кинг…
Из кармана куртки появляется вязаная авоська. Пока Вадик с энтузиазмом нагружает авоську книгами, Серый подходит к окну и смотрит на улицу. Хмари пока не видно.
– Тебе что-нибудь взять? – спрашивает Вадик.
– Не надо, – не соглашается Серый. – Я не особо люблю читать…
Вадик отмахивается и шагает к стеллажам с табличкой «18+»
– Читать обязательно надо! Народ, не знающий истории, обречен повторять ошибки! – наставительно говорит он и погружается в раздумья. – Так, чего бы тебе взять… О! Мифы народов мира. Восемнадцать плюс. Это должно быть интересно, предки были затейниками. Истории про Локи супер, особенно та, где он в кобылу превратился… Ага, скандинавские есть…
– Бери и пошли, пока хмарь не налетела.
Вадик одним широким жестом сгребает несколько книг с мифологией и идет вперед Серого к выходу. Они благополучно добираются до площади. Прапор и Тимур подходят через пару минут.
– Не нашли? – риторически спрашивает Прапор и кивает на авоську: – А это что?
– Михася с Васильком не нашли, нашли библиотеку! – бодро рапортует Вадик. – Вот, набрал почитать, а то дома ничего нет, кроме журналов и любовной чуши.
Прапор вздыхает, недовольно хмурится, но молчит и командует возвращаться.
Хмарь налетает на полпути к дому, но они уже идут к границе и даже не успевают надышаться.
Мама стоит на парадном крыльце и с облегчением пополам с разочарованием смотрит на их приближение.
– Не нашли… – бормочет она, обнимает Вадика, ерошит волосы на голове Серого и кивает Тимуру с Прапором.
Вадик протягивает ей книги со словами:
– Утешительный приз. Мы библиотеку нашли.
Мама принимает авоську и молча идет в дом. Хлопает дверь гостиной, и Верочка начинает плакать. Чувствуя себя последним трусом, Серый проскакивает мимо, взбегает по лестнице и прячется в их с парнями комнате. Руки сами хватают карандаши с бумагой, белые листы расцвечиваются линиями и штрихами. Образы льются, топят сознание, даря сладостное забытье. Серый выплескивает из себя все, что видел и чувствовал, и в конце концов в голове наступает пустота.