— Но ты все равно это делал.
Он кивнул.
— О да. Каждую ночь.
Мы рассмеялись, а потом минуту или две сидели молча, а небо становилось все темнее. Забавно, мы говорили о девочках, которые ему нравились, и о мальчиках, в которых я была влюблена, во время наших подростковых телефонных разговоров, но никогда не вдавались в подробности сексуальных подвигов. В то время я либо стеснялась спрашивать, либо, возможно, не очень хотела знать. Раньше все эти сексуальные штучки пугали меня. Но теперь мне стало любопытно. И я вроде как завелась.
— А как же твой первый раз?
— Ты имеешь в виду секс?
— Да.
Я посмотрела на него. У него был отличный профиль, с сильной, мужественной линией подбородка.
— Я был старшеклассником. Она была младшеклассницей. Подвал моих родителей.
Подвал его родителей. Где мы обычно сидели и смотрели телевизор. У меня внутри все сжалось от зависти.
— Было классно?
Он поморщился.
— Это было быстро.
— У меня тоже. На первом курсе колледжа. В его комнате в общежитии. Там пахло носками и одеколоном. — Я сморщила нос при воспоминании.
Ноа ухмыльнулся.
— Звучит знакомо.
Я сделала паузу, желая задать вопрос, но опасаясь, что это зайдет слишком далеко. В конце концов, любопытство взяло верх.
— А как же Холли?
— А что она?
— Было хорошо? Секс?
Он пожал плечами.
— Ты знаешь. Картофельный салат.
Я откинула голову на спинку скамейки и рассмеялась.
— Да. Я точно знаю.
7
НОА
Когда Мег начала дрожать, мы вернулись к моей машине. Мне было трудно удержаться от того, чтобы не обнять её, но я сдержался. Раньше я, наверное, не задумываясь, поступил бы так, но сегодня что-то было не так, и это заставило меня сомневаться, стоит ли прикасаться к ней.
«Ты её хочешь слишком сильно. Вот что.»
Я попытался заглушить этот голос в голове, откашлявшись, и засунул свои беспокойные руки в карманы. Не стоило шутить за столом про минет. Или говорить ей, что я мастурбировал каждый вечер, будучи подростком. Теперь в голове только секс, а Мег была чертовски соблазнительной сегодня. Слишком милой. Слишком родной. Слишком легко было с ней разговаривать.
И слишком неосведомлённой... Она даже не подозревала, что делает со мной. Что всегда делала. Смотреть, как она лижет рожок мороженого, было настоящим мучением для моего самообладания.
По дороге обратно домой я молчал, и это было нормально, потому что Мег болтала без остановки обо всём, что ей нужно сделать на этой неделе, и о всей свадебной суете. Я слушал только половиной мозга, а другая половина продолжала перечислять все причины, почему приглашать её в дом — это ужасная идея.
«Ты её тронешь. Ты её поцелуешь. Ты с ней переспишь. Ты испортишь эту дружбу, почти двадцатилетнюю дружбу, только потому, что тебе понравилось, как она облизала соус с кости, и ты так давно не трахался. Оставь её в покое. Отвези домой. Иди домой один и разрядись с какой-нибудь другой женщиной.»
— Хочешь, я отвезу тебя домой? — спросил я.
— Нет, спасибо. Я сама могу поехать.
— Ты уверена? Мне не трудно.
— Уверена.
Приехав домой, я припарковался в гараже, надеясь, что она быстро уедет.
— Мне надо выпустить Ренцо.
— Кстати, можно я быстренько воспользуюсь твоим туалетом? — спросила она, выходя из машины.
— Конечно, — сказал я, решив, что буду ждать её во дворе с Ренцо, и так и поступил.
— Спасибо, — сказала она, выходя, улыбаясь мне в темноте. — Наверное, пойду.
— Ладно, — я снова засунул руки в карманы. — Спасибо, что потусила со мной.
— Было весело. Спасибо за ужин. И за десерт.
— Пожалуйста.
«Перестань выглядеть такой милой в моем свитере и убирайся отсюда, пока я не сдался.»
Я не собирался просить его назад, потому что смотреть, как она снимает одежду, могло свести меня с ума.
— Значит, тебе не нужно работать завтра? — спросила она.
— Нет.
Она взглянула на свой телефон.
— Ещё и десяти нет. Может, посмотрим телевизор или что-нибудь? Ты ведь скучаешь по «Закону и порядку» со мной.
Она толкнула меня в живот, и я шагнул назад. Я едва сдержал улыбку, не доверяя языку, чтобы сказать правильные слова.
— Звучит весело, но я немного устал. Я привык ложиться рано и вставать до секса.
— До чего? — Она посмотрела на меня с недоумением.
Чёрт, мозг.
— До рассвета.
— А, поняла. Ладно, без проблем. Мы всё ещё бегаем завтра?
— Конечно.
Бегать — это нормально. Бегать будем на людях. При свете дня. В одежде. И это не будет означать сидеть рядом с ней на диване.