Брови, ровная подводка, скрытые синяки и розовые, блестящие губы? Есть.
Я чувствовала себя красивой. Уверенной. Сексуальной. Хотела, чтобы Ноа увидел меня.
— Прекрати, — сказала я себе, кидая пару вещей в маленькую черную сумочку. — Ты сможешь обойтись и без него одну ночь. Ты не зависимая, в конце концов. Тебе не нужен член, чтобы хорошо провести время. Даже если это член Ноа. Его большой, твердый, идеальный член, который так хорошо ощущается и заставляет меня кончать так быстро и…
— Мег?
Я открыла глаза и поняла, что стою на полпути вниз по лестнице, мои ноги на разных ступенях, а рука крепко держится за перила. И я только что не издала стон вслух?
Внизу по лестнице стояла Сильвия и смотрела на меня с удивлением.
— Эм, с тобой все в порядке?
— Да, — сказала я, откашливаясь, спускаясь до конца. — Просто... судорога.
— Ага, — она посмотрела на меня с понимающим взглядом. — Судорога. Ну, если ты готова, мама предложила отвезти нас в город.
— Я готова.
Я последовала за ней в гараж и снова села на заднее сиденье, пообещав себе не думать больше о члене Ноа.
Но это было ужасно трудно.
(Понимаете, о чем я?)
Оказалось, сестры Сойеры не такие уж зажигательные тусовщицы. После коктейлей в баре, нескольких бутылок вина во время ужина в Траттории Стэллы и послеполуденных напитков с десертом, мы были готовы к отходу — и было еще не десяти.
— Мы что, отстой? — сказала Эйприл, когда мы все стояли на улице, ожидая Мака, который любезно предложил отвезти нас, немного подшофе, домой. Она подавила зевок. — Думаю, мы и есть отстой.
— Я не виновата, — зевнула и Сильвия. — Я ложусь спать каждый вечер в девять. Я старая.
— А какое у меня оправдание? — Фрэнни выглядела так, будто могла заснуть прямо на ногах. — Мне еще и тридцати нет. Но знаешь, что я? — Она захихикала. — Пьяная.
— Думаю, это вина мамы, — сказала Хлоя. — Она всегда заставляла нас ложиться рано, когда мы были детьми. Мы так и не выработали стойкость к ночным посиделкам.
Пока они жаловались на наши гены убийц веселья, я украдкой взглянула на свой телефон. Ноа не написал и не позвонил, и это меня беспокоило. Конечно, я тоже не выходила на связь с ним (хотя мне совершенно не удавалось не думать о нем), но я не могла избавиться от ощущения, что что-то не так.
Чуть отошедшая в сторону от группы, я не выдержала и позвонила ему.
— Алло? — Его голос звучал по-другому. Тише. Более сыро. Может, он только что проснулся?
— Разбудила тебя?
— Нет.
— Как прошел твой вечер?
— Нормально.
Я ожидала, что он спросит, как у меня, но он не стал.
— Все в порядке?
— Да.
Я прикусила губу.
— Не похоже.
— Тяжелый день был. Я устал.
— Ага, — я не знала, что сказать. — Хочешь поговорить об этом?
— Не особо.
— Ладно, — сказала я, хотя совсем не чувствовала, что все в порядке. — Тогда отдыхай.
— Где ты?
— В центре Траверс. Стою перед Поппикокс, жду, когда Мак нас заберет.
— Он тебя домой везет?
— Да. Мы с утра, наверное, с десяти пьём, — я рассмеялась, подавив зевок. — Мы уже, по сути, потеряны. Жалко, для такой большой ночи, а?
Он не засмеялся. Не согласился. Не сказал вообще ничего. Я почти подумала, что связь прервалась.
— Алло?
— Я здесь, — сказал он. — Извини. Просто… не знаю, кто я сейчас.
— Ты звучишь как-то подавленно. Хочешь компанию? Я могу попросить Мака подбросить меня к тебе.
— Не надо.
Я старалась не обидеться.
— Ладно. Просто предложила, если тебе нужно что-то вроде друга или еще что.
— Все нормально.
Немного напряженного молчания.
— Ладно, Мак уже здесь, так что мне нужно идти, — соврала я. — Ты отдохни и скажи, как ты там завтра, хорошо?
— Хорошо.
— Я здесь, если что-то нужно. — Я подождала, надеясь, что он скажет что-то еще, но он ничего не сказал. Мне оставалось только отпустить его. — Спокойной ночи.
— Спокойной.
Я завершила звонок и стояла там, в темноте, слушая, как сестры смеются, и размышляя, что, черт возьми, могло случиться сегодня, чтобы он вел себя так отстраненно и грустно. Может, что-то на работе? С семьей? С его бывшей?
Что бы это ни было, он не захотел мне об этом рассказать. И не захотел меня видеть. Я чувствовала себя глупо, за то что обижена, но не могла избавиться от этого чувства.
Это конец? Мы все испортили? Но как? Сегодня днем в салоне все было в порядке. Что могло произойти между тем временем и сейчас, чтобы он так закрылся?
— Все в порядке, Мег? — крикнула Сильвия.
Пытаясь проглотить комок в горле, я кивнула.