— Точно. Прости, — я закрываю глаза, стараясь улыбнуться и не обращать внимания на свое разочарование. Я только что по-крупному облажалась и прекрасно понимаю это. Но он улыбается, сжимая мое плечо. Он не выглядит расстроенным. На самом деле, лишь слегка ошарашенным.
— Не нужно извиняться. Просто в следующий раз для начала нам нужно обсудить это. Чтобы убедиться, что нас обоих заведомо устраивает степень нашего физического контакта.
— Верно. Безусловно. Понимаю, — ляпаю я.
Мгновение мы таращимся друг на друга, и затем он тянется к дверной ручке.
— Спокойной ночи, Лиззи. С нетерпением жду нашей встречи в скором времени.
У меня перехватывает дыхание, и я чувствую себя полупьяной — как от дешевого вина, так и от отсутствия подходящего завершения вечера.
— Спокойной ночи, Джеймс.
Я закрываю дверь и прислоняюсь к ней. Несмотря на всю путаницу сейчас (ну, и проблему с картофелем ранее), свидание прошло как нельзя лучше, и я чертовски довольна этим… но мое тело изнывает от другого, а Джеймс, назначенный в этом на ключевую роль, только что сбежал. Если он пытается дразнить меня, чтобы сохранить заинтересованность в нем, то это прекрасно работает, поскольку прямо сейчас я готова отправиться за ним в ад и обратно, лишь бы довести дело до развязки, которой жаждет мое тело.
Некоторое время пребывая в этом состоянии, я пытаюсь привести в порядок мысли и разобраться в том, что здесь только что произошло. Часть меня в восторге от того, как прекрасно прошло свидание, другая же часть испытывает головокружение. Я сжимаю волосы, направляясь на кухню, и плюхаюсь за стол. Чувствую, мне придется принять холодный душ, чтобы избавиться от жара между ног. Либо это, либо…
Нет. Черт побери. Надо взять себя в руки. Я хватаю бокал и делаю глоток, поморщившись от ужасного вкуса этого вина, но все же допив остатки. Единственное, что Джакс должен давать мне сейчас, так это советы, хотя я намного сильнее хочу того, что он делает так хорошо.
Я отправлюсь прямиком в ад. Но, с другой стороны, это и так было известно.
Если не за тот раз, когда я отправился домой к длинноногой брюнетке с пирсингом в губе, а на следующее утро проснулся рядом с ней и ее щедро одаренной объемом грудью и еще более одаренной безумством матерью. Тогда за тот раз, когда я пробрался в тренировочный лагерь к бразильской волейболистке и провел весь уик-энд, обрабатывая участниц команды. Мой пропуск во врата Люцифера забронирован заранее, и мое присутствие там обязательно.
В этой жизни не меньше ста женщин хотели бы отправить меня туда раньше времени. Я могу рассказать вам с десяток историй о каждом из грехов. Но есть та, ради которой я на это готов.
Лиззи.
Однако, дав ей заведомо плохой совет, я выставил себя не в самом лучшем свете. Это определенно не та история, которую я буду рассказывать Брандо в ближайшее время — это уж точно. Но Джеймс должен уйти.
С таким парнем Лиззи скоро начнет собирать рецепты Марты Стюарт и покупать декоративные тарелки, пока не осознает, что происходит. Он будет высасывать из нее жизнь, пока она не окажется в настолько отчаянном положении, что слиняет из дома. Ее тело создано для секса, а не для того, чтобы быть домохозяйкой и производителем детей. Этот острый ум необходимо ежедневно провоцировать на приключения, а не превращать в кулинарную книгу. Лиззи только что закончила отношения с подобным парнем, а вы видели, чем это обернулось для нее. Можно даже сказать, что я делаю ей одолжение. Я спасаю ее. Если задуматься, то в этой ситуации я — герой.
Ладно, возможно, не стоит глубоко анализировать. Просто примите это как факт.
Я проверяю часы в четвертый раз за последние десять минут, хотя пытаюсь сдержать себя. Уже почти девять тридцать, и теперь я начинаю немного переживать. Лиззи должна была написать мне, как только закончится свидание, рассказать, как все прошло.
Я отчасти уже знаю, как плохо все сложилось, но жду ее рассказа о том, насколько ужасно на самом деле все прошло.
Понимаете, ни одному парню не может понравиться женщина, в которую по моему совету должна была превратиться Лиззи. Ни один парень в свои двадцать с небольшим не захочет «мамашу», болтающую о планах стоматологического обслуживания. Даже Джеймс.
Никуда не годится скрывать такое тело, как у Лиззи, под слоями старушечьей одежды. Никуда не годится, имея такое чувство юмора, как у нее, оставаться постоянно серьезной. Я практически посоветовал Лиззи скрыть все свои достоинства.