– Я давно сошёл с ума… по тебе, моя непокорная амазонка, – промурлыкал Ветров, и в его голосе зазвучали дьявольские нотки.
Щёки заполыхали пожаром – смесь смущения и ярости бушевала во мне, словно коктейль Молотова.
– Уйди сейчас же! Твой цирк с конями здесь неуместен! На нас, чёрт побери, все смотрят! – прошипела я, чувствуя, как зубы скрипят от напряжения.
– Мне плевать на всех! Я здесь только ради тебя, Вера! И я готов творить безумства до тех пор, пока ты не простишь меня… Я буду совершать самые отчаянные поступки, лишь бы вернуть тебя! – отрезал Ветров, словно высекая слова из камня.
– Прекрати, Даниил.
Он слегка нахмурился, сверля меня взглядом, словно рентгеном.
– Я приглашаю тебя на свидание, – произнес он совершенно спокойно, игнорируя мой испепеляющий взгляд.
В глубине души мне нравится, что он не отступает. Чёрт, мне льстило, что он не сдаётся! Но злость, проклятая злость, ещё не улеглась.
– Нет! – выплюнула я, словно яд.
Развернувшись, я бросилась прочь, пробираясь сквозь толпу изумленных студентов. Мне нужно было уйти отсюда, убежать подальше от Даниила и от всего этого безумия.
Сердце колотилось, как бешеный барабанщик, а в ушах стоял звон. Боже, что это было?! Даниил Ветров, собственной персоной, явился ко мне на белом коне, да ещё и признаётся в сумасшедшей любви! Звучит как сюжет ромкома, который я люблю смотреть по воскресеньям.
Я хотела посмотреть, что ещё он придумает. Столько лет бегала за ним, пускай он побудет на моем месте.
Долго ждать не пришлось. Вечером меня и всю мою семью ждал очередной безумный поступок от Ветрова.
Это был сюр какой-то! Даниил, воплощение порядка, робот-контролёр, аскет эмоций, стоял под моими окнами и играл на гитаре. Да он последний раз гитару в руках держал лет десять назад, не меньше! Что на него нашло?
Ветров заявил, что будет стоять хоть до утра и не уйдёт, пока я не выйду к нему. Все в доме уже разошлись по своим комнатам, кроме меня, Нади и родителей.
– А он очень хорошо играет на гитаре, – мечтательно протянула сестра, отлепившись от окна. Кажется, у нас появился новый фанат серенад.
Я же сидела как приклеенная к ноутбуку, делала вид, что готовлюсь к занятиям, а в голове – один Даниил. И мысли скачут, как блохи по ковру.
– Да я его сейчас как швырну отсюда! Сколько можно??? – прорычал батя, как медведь-шатун, разбуженный среди зимы.
Сестра захлопнула окно, заглушив гитарные вопли, но папу уже было не остановить. Он кипел, как чайник, забытый на плите.
Мама погладила его по руке, пытаясь усмирить вулкан.
– Андрей, ну чего ты? Парень же ничего плохого не делает. Ошибся человек, бывает. Теперь вот искупает вину, как может.
– Искупает, говоришь? Да он нашу дочь украсть пытается этим концертом! – пробурчал папа, глядя на меня исподлобья.
– Папа, мы не можем всю жизнь быть одни. Мы тоже хотим любить и создавать свои семьи, – возразила Надя.
Я же, словно Снежная королева, пыталась изобразить полное равнодушие. Ну, знаете, покерфейс высшего уровня.
– Да просто вкус у вас… специфический, – фыркнул родитель, будто откусил лимон.
– А каким ОН должен быть, чтобы удостоиться твоей милости? – не унималась Надя.
– Кастрированным, – как отрезал папа, с довольной ухмылкой.
– Папа!
– Андрей!
– Что? Я честно ответил, – пожал плечами отец, невинный, как ангел.
– Тогда внуков не дождешься! – выпалила Надя, словно бомбу сбросила.
Пальцы мои замерли над клавишами, словно солдаты по команде "Смирно!", а я вся превратилась в один огромный вопросительный знак, ожидая вердикта родителя. Надя тайком бросила на меня взгляд, мысленно поддерживая.
– Я не планирую становится дедом. Ближайшие лет десять точно, – заявил уверенно папа.
Ах, папа, папа! Знал бы ты, как жестоко ошибаешься… Дедом ты станешь гораздо раньше, и поверь, это будет феерично!
Родители с Надей погрузились в обсуждение предстоящей свадьбы, а я из последних сил держала себя в руках, чтобы не сорваться к Даниилу.
Сколько я еще просидела за столом, не знаю. Надя ушла в царство Морфея, а папа, словно Цербер, продолжал бдительно охранять мой покой. Ну, как сказать "покой"… Скорее, мое заточение.
– Милый, ты спать не собираешься? – проворковала мама, явно намеренная усыпить бдительность моего личного телохранителя.
– Нет. Я буду сидеть и следить, чтобы этот певец без таланта, не вошёл в наш дом. Пусть стоит там хоть до утра. Пусть ещё дождь пойдёт, – прорычал папа, будто вызывая природный катаклизм исключительно для Даниила.