С усилием взяв себя в руки, я гордо вскинула подбородок и с невозмутимым видом спросила:
– Так... Что ты там говорил про свидание?
Ветров одарил меня своей фирменной, обезоруживающей ухмылкой, и мое сердце предательски дрогнуло, начиная таять.
И плевать, что на дворе хоть глаз выколи, ночь кромешная! Какая разница, если любовь требует приключений здесь и сейчас! Свиданию быть! И точка!
Мы гуляли по ночному городу, общаясь и наслаждаясь друг другом, после сели в его машину, где Ветров притянул к себе и начал целовать.
– Я очень соскучился по тебе. По твоему запаху, по твоему голосу, по нашим спорам, по твоему хаосу. Меня ломало, когда находился без тебя. Не хочу. Не смогу больше отпустить, – прорычал он, слегка прикусив мою нижнюю губу, отчего по телу пробежали мурашки.
– Посмеешь еще раз так исчезнуть из моей жизни, клянусь, меня больше никогда не увидишь, – прошептала я, запуская пальцы в его непослушные волосы, чувствуя, как сердце колотится в бешеном ритме.
– Значит… я прощен? – прошептал он, заглядывая в глаза с надеждой.
– Да... Только почаще надевай наряды с цветочками, ты в них такой сексуальный..., – ухмыльнулась я.
Даниил тихо рассмеялся, этот звук прокатился по мне, как волна тепла, и тут же снова впился в мои губы жадным, голодным поцелуем. Воздух в салоне мгновенно накалился до предела, словно кто-то незаметно включил сауну. Его пальцы скользнули под мою блузку, нежно очерчивая контуры спины.
Его губы обжигали, заставляя забыть обо всём на свете, кроме него. Руки Ветрова, казалось, знали каждый изгиб моего тела, двигаясь уверенно и нежно, словно он выучил меня наизусть. Дыхание участилось, сердце заколотилось в бешеном ритме. Внутри разливалось приятное тепло, обволакивая каждую клеточку.
Мы оба соскучились и отчаянно хотели друг друга. Не теряя драгоценного мгновения, я подалась вперед, устраиваясь на его коленях, а мои руки, непослушные от желания, скользнули к пряжке ремня.
Ногти чертили жадные узоры на его плечах, пока я двигалась в головокружительном ритме, приближая нас к оглушительному пику.
Взгляд Ветрова, тёмный и всепоглощающий, прожигал насквозь, отражая моё собственное безумие. Его губы сорвались с моих, чтобы оставить горячие поцелуи на шее, ключицах, плечах, каждым прикосновением напоминая, что я принадлежу только ему. Тело горело, требуя большего, поддаваясь его власти без остатка.
Я быстрее двигалась на его члене, чувствуя приближение оргазма. Оглушительный крик вырвался из моей груди, смешиваясь с его хриплым стоном.
В изнеможении я прижалась к нему, чувствуя, как его сердце бешено колотится в унисон с моим.
– Чёрт… С тобой я настолько теряю голову, что начисто забываю о контрацепции, – выпалил он, когда я плюхнулась на сиденье, переводя дыхание.
Ага. Как вовремя решил вспомнить об этом.
– У меня для тебя две новости. Одна хорошая, другая… ну, скажем так, с перчинкой, – взволнованно произнесла я.
– Давай, не томи, – в голосе Ветрова прорезалась напряжённая струнка.
– Плохая – мой папа, скорее всего, при встрече попытается сделать из тебя евнуха. Хорошая – я беременна.
Даниил(33)
Новость о беременности Веры обрушилась на меня шквалом эмоций, но прежде всего – радостью, ослепительным счастьем. Я предвидел это, ведь мы не предохранялись, и в глубине души уже примерял на себя роль отца.
Еще недавно я тонул в работе, не представляя себя в тихой гавани семейного очага, да и к детям был равнодушен. Но своих детей, от моей любимой женщины, я буду обожать.
Она робко ждала моей реакции, тревожась в предчувствии бури. Я прижал ее к себе, осыпал поцелуями и искренне признался, что счастлив до безумия. Ребенок станет нерушимой нитью, навсегда связавшей нас, и я никогда, никогда ее больше не отпущу. Я не смею повторить прошлых ошибок. Вера простила меня, носит под сердцем моего ребенка, и я сделаю все, абсолютно все, чтобы она ни разу об этом не пожалела.
О беременности Веры я первым делом сообщил своей семье. Родители были вне себя от радости, особенно мама. В этом я и не сомневался. Мама Веры уже тоже знала о нашем счастье. Оставалось самое трудное – сказать Андрею.
Вера настояла на том, чтобы рассказать ему самой. В итоге, мужчина был в ярости, его трясло от гнева, и он едва не набросился на меня с кулаками. Вмешалась Аня, ей чудом удалось уговорить мужа пойти с нами на разговор.
Для деликатного начала столь непростого разговора мой отец выбрал бар, куда мы и направились: я, отец, Андрей, Никита и Дима. Отец мудро рассудил, что в нейтральной обстановке страсти поутихнут, да и алкоголь в этом поможет.