– Ты здесь, потому что избалованная девица, которая нуждается в дисциплине. Ты будешь делать все, что я скажу, потому что с этого дня я – твой личный кошмар… то есть босс, – промурлыкал он, словно кот, играющий с мышкой, и от этой сладости в голосе меня передёрнуло.
– Ой, держите меня семеро! Корону сними, а то мозги ею передавишь, – фыркнула я, вскакивая со стула. – Подчиняться я тебе точно не собираюсь. Мой отец ясно дал понять: я здесь, чтобы «помогать». И, знаешь, я думаю, что его определение помощи несколько отличается от твоего варианта трудового рабства.
В комнате повисла тишина, такая густая, что хоть ножом режь. Уголок его губ тронула ленивая усмешка, от которой по коже побежали табуны мурашек, словно меня решили заморозить.
– О, вот это будет интересно… Он тебе всё сам расскажет, – пропел Ветров обманчиво мягким голосом, от которого хотелось бежать без оглядки.– А теперь, детка, приступай. Работа ждёт.
Что расскажет папа? Неужели, действительно я должна во всем подчиняться Ветрову?
Я вышла из кабинета и сразу набрала отца. Из разговора стало ясно, что во всем мне надо слушаться этого холодного садиста.
Только я успела вдохнуть воздух этой новой работы, как Ветров обрушил на меня лавину бумаг, заявив, что их нужно разобрать "ещё вчера". Как с этим справиться? Да понятия не имею!
Спускаясь в ресторан, я кипела от злости. Бокал чего-нибудь крепкого был бы сейчас очень кстати, но увы, нельзя.
– Апельсиновый сок, пожалуйста, – буркнула я бармену.
Рыжеволосый парень одарил меня солнечной улыбкой.
– Вы теперь работаете с нами?
– Давай на "ты". И да, теперь я часть вашей дружной команды, – ответила я, стараясь улыбнуться в ответ искренне. Он представился Ромой.
За болтовней с Ромой пролетели минуты. Он рассказывал забавные истории из жизни отеля, и я даже немного отвлеклась. Но не тут-то было!
Мой взгляд предательски устремился к Ветрову. Рядом с ним стояла роскошная женщина. Высокая, с дерзкой короткой стрижкой, она соблазнительно демонстрировала пышную грудь в глубоком декольте.
Она кокетливо улыбалась Ветрову и положила руку ему на плечо. Внутри меня что-то неприятно кольнуло, когда я увидела, что он отвечает ей тем же. Джентльмен, блин!
– А кто эта женщина? – спросила я бармена, не сводя глаз с этой сладкой парочки.
– Валентина Николаевна, наш бухгалтер, – ответил парень.
– Бухгалтер? – изумленно. – С каких пор бухгалтер выглядит так, будто нашли в модельном агентстве?
Рома хмыкнул, протирая стакан.
– Ну, Валентина Николаевна у нас дама видная. Говорят, она не только в бухгалтерии сильна, но и в финансах Ветрова неплохо разбирается. В смысле, личных финансах, – подмигнул парень, намекая на их связь.
Я почувствовала, как щеки заливаются краской. Не от смущения – от злости. Получается, мало того, что он меня завалил работой, так еще и развлекается с этой… Валентиной Николаевной.
Рома что-то замямлил, но осекся, словно его кто-то выключил, – к нам надвигался сам "босс".
– Ты что тут делаешь? – спросил Ветров, глядя на меня сверху вниз злым взглядом.
– У меня перерыв на обед, – выпалила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. С видом пофигиста все переносится легче.
– В десять утра?
– Тогда на завтрак. Что ты ко мне пристал? – огрызнулась я, сгорая от злости. Да он просто испытывает моё терпение! Ещё и глазки строит на работе… Ну кобель, что тут скажешь.
Глаза Ветрова вмиг налились дикой, первобытной яростью. Он впечатался в меня, словно танк, и я ощутила его запах – смесь дорогого парфюма и… опасности?
– Тебе лучше прикусить свой язык. И запомни: никогда, слышишь?Никогда не смей разговаривать со мной в таком тоне в присутствии сотрудников. Я не намерен терпеть твои капризы, – отрезал он ледяным тоном, словно сделанным из стали.
Я вскинула подбородок, глядя прямо в его темные, мечущие молнии глаза.
– Я...
– И ещё..., – не дал мне договорить. – Раз тебе не нравится заниматься бумажками, будешь сегодня вечером разносить напитки гостям вместе с нашими официантами.
Его взгляд буравил меня, словно сверло, но я держалась. Вулканы ярости клокотали во мне, соперничая с его собственной, но я сковала их цепями ледяного спокойствия. Ни единой трещинки, ни намека на слабость – он не дождется! Он не получит власть надо мной!
– Чего? Я папе всё расскажу, – выпалила я, стараясь придать голосу хоть немного уверенности.
Ветров скривил губы в ухмылке, словно прочитал мои мысли, словно они были выгравированы у меня на лбу неоновыми буквами. Его взгляд скользнул по мне сверху вниз, как рентген, оценивая, презирая… и, кажется, немного развлекаясь.
– Расскажи... Если тебе так хочется расстроить его. А он точно расстроится, узнав, что ее дочь не смогла справиться даже с такой простой задачей.