— Отнеси их своей мадам.
— Не иронизируй, я же сказал, что с ней все кончено. Я к тебе пришел.
Я взглянула на мужа. Был он какой-то помятый. Под левым глазом красовался бланш. Скорей всего именно этот красивый фонарь поставил ему его же братик. Одет он был как обычно но что-то в нем изменилось. На правой руке отсутствовало обручальное кольцо. Наше с ним обручальное кольцо. В моей голове тут же всплыла история, как же долго мы их покупали. Мы так тщательно и старательно выбирали обручалки, облазили все магазины. И какое бы красивое кольцо выбрано не было к семейной жизни оно не оказывает никакого влияния. А вот тот факт, что он его снял…
— Понимаешь, не верю я тебе. Больше не верю. И вернуть мое доверие…Я не восточная женщина, которая может терпеть такое поведение. Тем более ты снял кольцо.
— Поверь мне, милая… — он слегка коснулся моей руки. Его взгляд был слегка растерянным и жалостливым. — Каждый имеет право на ошибку. Я просто не понимал, что творил. Я… Я очень люблю тебя! Ты для меня… Ты и дети, я не могу без вас, я загибаюсь. Дай мне еще один шанс. Прошу тебя! Я понимаю, что это сложно, сложно простить такой поступок, но позволь мне хоть просто быть рядом, с тобой и детьми? Если все дело в кольце, то черт с ним я его одену и никогда не буду снимать!
Сейчас мой муж выглядел не совсем, как обычно. Из уверенного сильного мужчины показался жалостливый и слабый человек, который без своей женщины — никуда. На самом деле, как многое зависит от женщины. Она направляет, она его наставляет. Это мужикам кажется, что они самые настоящие боги и все могут. На самом деле их успех — это половина успеха женщины. Только с хорошими женами становятся генералами, с плохими — вряд ли.
Вот и сейчас мой муж выглядел печально. Мне если честно было его чисто по человечески жаль. Если он будет так убиваться. То дела у него пойдут не самым лучшим образом.
— Не в кольце дело. А в тебе. Ладно. За Соней в школу в три. К Марку в четыре. Пока больше времени у меня для тебя нет.
— Спасибо! Возьми букет, пожалуйста! Я выбирал самые красивые розы для самой красивой женщины.
Все же букет я хоть неохотно, но взяла. Букет мне понравился. Красные сочные розы в такой мороз — просто не могут не понравиться. Еще я пожалела цветы и не только цветы, мне стало жалко своего собственного мужа.
Я холодно попрощалась с ним и поднесла электронный ключ к калитке, чтобы открыть ее. Когда я зашла на территорию нашего дома, то обернулась. Толик так и продолжал стоять и смотреть мне вслед.
Чтобы цветы не завяли, в первую очередь я начала искать для них подходящую вазу. Подходящая ваза стояла как раз в комнате у Игната. Мне прекрасно было слышно, как он в данный момент включил телевизор почти на полную громкость и смотрел футбол.
Я постучалась в его комнату и не дождавшись приглашения зашла. В комнате было не слишком прибрано. Теперь здесь на потолке появилась паутина, пыль на книжных полках и пустые тарелки, стоявшие вот так на тумбочке. Носки также валялись в углу, вещи были развешены на стульях. Типичная мужская, холостятская комната.
— Почему у тебя так грязно! — меня сразу взяло возмущение.
— Где грязно? У меня все нормально.
— Конечно же! Как ты мог заметить такой бардак, когда ты не можешь оторваться от телевизора. А тебе разве на работу не надо?
— Не надо, — машинально ответил он, все также пялясь в телевизор и внимательно наблюдая, как мужики в желтых майках передают друг другу мяч. Сам же он, как обычно сидел в трусах носках и без футболки, оголив свои накаченные бицепсы. Тело у него была настолько мускулистое, что казалось возле меня на диване сидит большой кусок железа.
— Мне ваза нужна большая. Я возьму? — спрашиваю же в своей квартире, можно ли мне взять вазу, которую я сама же покупала за бешеные деньги.
— Бери, — все также монохромно отвечал он.
Когда я схватила вазу, он резко закричал:
— Гол! Гол! Ура! — после чего свой радостный взгляд обратил на меня. — Зачем тебе ваза?
Я сначала испугалась от неожиданности и крепко прижав к себе вазу испуганно ответила:
— Цветы поставить.
— Какие цветы? От кого?
— Что за допрос? — я внимательно посмотрела на него, а после вышла из его, как бы комнаты. Наверное, мне проще говорить из комнаты, которую он занял. Скорей всего, как ни крути привыкнуть к нему я не смогу. К его бардаку, к его привычкам, его манерам. Скорей бы его выпроводить и зажить, как раньше мы жили.
Игнат выключил телевизор и последовал за мной. Когда он увидел большущий букет, непомещающийся в нормальную стандартную вазу, сразу задал мне еще один вопрос: