Вот и я, открыв глаза в такую рань, лежа на кровати, уставилась в потолок. Какого рожна я проснулась так рано? Дети еще сладко спали рядышком со мной. Я старалась встать и не разбудить их. Не часто такое бывает, что я встаю раньше, чем они. Обычно все бывает на оборот. Но тут как назло, врывается в комнату Джек и запрыгивает на кровать. От такого скачка дети и я прям, подпрыгнули на кровати. Все же я недолго радовалась, что я проснулась первой и у меня будет время спокойно сходить в ванную и попить кофе. От вибрации, которую создал Джек, дети тут же проснулись.
— Доброе утро мамочка! — тут же начали щебетать и обнимать меня. Джек громко загавкал, началось обычное утро. По всей видимости, Джек тоже хотел ласки, но я его заругала. Все же находится на нашей кровати, я ему не разрешала. Тем более прыгать по ней. Слушался он меня плохо, поэтому это было бесполезно, особенно, когда хотел, есть или его было пора выгуливать.
Все же утро началось, как обычно. Голодные дети, просящие сделать завтрак, Джек, который не знает, что он больше хочет, есть или гулять. Все же наполненная тарелка кормом взяла вверх над нашим псом и он решил сначала поесть, а потом пойти с Соней на прогулку. Мурзик, который уже освоился и прыгал по квартире, как стрекоза, тоже крутился то возле холодильника, то возле моих ног, постоянно мяукал и просил, чтобы его как можно скорее покормили.
Кстати, о взаимоотношениях Джека и Игната. Они почти сразу подружились, чего я вообще не ожидала. Джек — здоровенная немецкая овчарка, которая как минимум должна вызывать боязнь у незнакомого человека. Но не у Игната. Хватило всего одного раза, чтобы Игнат его прикормил кусочком отварной говядины и почесал за ухом. Все! Джек теперь при виде нашего нового соседа сразу виляет хвостом, заглядывает в глаза и просит чего-нибудь вкусненького. Да, Джек слишком дешево ты себя продал. Если бы ты порычал на Игната чуть дольше обычного, то возможно в следующий раз он принес тебе кусок побольше. Но это люди постоянно ищут выгоды, а собаки нет.
Когда все позавтракали и довольные разошлись по своим делам, Марк так и продолжал сидеть у меня на ручках. Со вчерашнего вечера он от меня не отходит. Возможно, испугался. Может, подумал, что мама может не вернуться за ним, и он останется с папой. Еще и ребенка мне запугали. Но ничего, пройдет совсем немного времени и он все забудет и я забуду. Больше никогда не вспомню об этом инциденте.
Все же, я немного расспросила Марка, что он делал у папы. Мне было интересно, не обижали ли его. Хоть он в данный момент был со мной, так сказать под крылышком, я все равно за него переживала. По словам моего маленького сыночка, все было хорошо, он играл с бабушкой, она с ним читала книжки, собирала конструктор. Кормила его борщом и вкусными булочками. Хорошо, что все благоприятно закончилось. До сих пор я не могу отойти от этого происшествия и скорее всего Марк тоже, поэтому с рук не слазит.
Лишь только к десяти часам я освободилась на кухне и решила заглянуть к Игнату. Мне показалось, что он слишком долго спит. Я сначала тихонько постучалась в его комнату, а после вошла. Еще сонный Игнат, уже встал с кровати и кинул на меня недоброжелательный взгляд, когда я вошла в комнату.
— Доброе утро! — как-то робко я обратилась к нему.
— Доброе. Что нужно?
— Я хотела спросить, как все прошло? Ты вчера поздно так пришел, я не успела спросить…
— Нормально все прошло. Твоя подруга в больнице, муж в тюрьме.
— Как в больнице? С ней все в порядке?
— Поезжай и узнай.
— Куда? Я же не знаю куда ехать, — тут я сначала растерялась. Но может он действительно знает, в какой она больнице.
— Так узнай, — Игнат подошел ко мне ближе. Я так продолжала стоять в дверях и попросту перегородила ему путь. Он подошел очень близко ко мне, наклонился и тихо сказал:
— Дай пройти.
Но я продолжала вот так стоять и пялиться на него. Как оказалось у него такие красивые глаза. Большие, голубые. Хоть его короткие волосы были слегка взъерошены и лежали неровными прядями, он выглядел очень и очень привлекательно.
Я не помню, сколько я продолжала вот так на него смотреть, но очнулась лишь, когда он еще раз обратился ко мне:
— Дай пройти, мне в душ нужно!
— Ах, да, конечно. В душ…, - я отошла в сторону, а когда он покинул свою комнату, я продолжала смотреть ему вслед. Почему-то мне показалось, что Игнат меня начал избегать, а я наоборот бегаю за ним по пятам. С собой я ничего не могу поделать, он так запал мне в душу, что сама того не желая, ищу малейший повод, лишний раз поговорить с ним. Что со мной происходит по отношению к Игнату, я до конца сама не понимала. Только теперь, при одном лишь воспоминании о нем, мое сердце начинало биться сильнее. С такими темпами, так недолго тахикардию заработать. Нужно срочно что-то с этим делать. Для начала запретить себе думать о нем. И попытаться найти алмазы, может тогда он съедет от нас и все вернется на свои места. Я перестану о нем думать, и мы счастливо заживем вместе. СЪЕДИТ! И тут меня бросило в дрожь. Мне не хотелось, чтобы он съезжал от нас. Нет, этого не хочу. Категорически не хочу. После этой мысли в моем организме все сразу начало протестовать. Нет! Нет! И еще раз нет! Когда он съедет, все будет нормально. Все будет как прежде. Мы нормально заживем с детьми, с Джеком. Я устроюсь на работу. Никто у нас не будет шариться по холодильнику, разбрасывать свои носки, пачкать коврик в прихожей. Придет, как наследит своим сорок пятым размером и хоть бы раз вытер! А крошек? Да у меня Джек аккуратней ест и, причем меньше ест, чем этот проглот. Так что Игнатушка, хоть мое сердце отказывается воспринимать твой ближайший отъезд, разум относится к этому вполне нормально. А я теперь решила думать только головой. Хватит, мне приключений. Хочу скорее оборвать все контакты с твоей семейкой, включая тебя самого.