– Я отвезу тебя домой, – тут же решил он.
– Нет, спасибо, – твердо отказалась я. – Я в порядке. Хватит и того, что ты заехал за мной.
– Как скажешь, Дарья. Хорошего дня.
– И тебе!
С этими словами я быстрым шагом направилась к своему корпусу. Девчонки ждали меня в холле и, увидев, тут же бросились навстречу. Мы не виделись все это время и успели друг по другу соскучиться, хотя, конечно, переписывались каждый день. Они были в курсе того, что со мной происходило. И, если честно, я была благодарна им за поддержку.
Я по очереди обняла их. Сашка изменила оттенок волос: раньше они были насыщенно-синие, а теперь стали цвета морской волны. Полина немного похудела: решила сесть на какую-то очередную диету и записалась на фитнес. А Самира светилась странной полуулыбкой, которую я на ее лице раньше не замечала.
– Ты как, детка? – спросила меня Сашка, не убирая руки с моего плеча.
– Всё нормально, – отозвалась я.
– Точно? У тебя лицо осунулось, – заметила Полина.
– Бедная моя Дашка! – Самира погладила меня по волосам.
– Жаль, Матвеев не мой кот, – фыркнула Сашка. – Иначе быстро бы лишился самого драгоценного.
– Эта Серебрякова мне не нравится, – вмешалась Полина. Она видела ее страничку в соцсети, где, правда, фотографий было лишь несколько. – Наша Сергеева куда красивее.
– И пластичнее, – добавила Саша. Я лишь рассмеялась. Помощь воинствующих подруг – бесценна.
– Ничего, Дашка, ты сильная. Переживешь! – воскликнула Самира.
– Конечно переживу! Девчонки, правда, все нормально. И не надо на меня так смотреть, – весело отозвалась я, не собираясь никому портить настроение своей неудавшейся личной жизнью. – Все расстаются с парнями – и я не исключение. Ничего, все со мной хорошо будет. А о Матвееве прошу не говорить. Не хочу ничего о нем слышать.
Девчонки лишь кивнули.
– А что это Амирова у нас такая улыбчивая? – с подозрением спросила я.
– Ой, ты еще не знаешь. Она встречается с художником, – приложив к моему уху ладонь, сказала смешливо Сашка.
– Мы просто вместе прогулялись по набережной! – воскликнула Самира возмущенно.
– Да-да, а потом ты угощала его в «Макдоналдсе», – хмыкнула Полина.
– Это был «KFC»! И он сам все оплатил! – еще больше возмутилась Самира.
– Надо же, уровень его обеспеченности чуть выше, чем мы думали, – засмеялись девчонки.
– Мы просто вчера вместе прогулялись! – У Самиры почему-то заалели щеки.
– Может быть, наша Амирова разузнала, что у художника папа – миллиардер? И теперь окучивает его? – предположила Полина. Им с Сашкой нравилось дразнить Самиру.
– Скорее художник покусился на квадратные метры Самирки, – ехидно ответила Сашка. – Ты смотри не прописывай его в квартире!
– Вот дуры, а! – поджала губы подруга. – Мы просто разговаривали об искусстве.
– Почти четыре часа! – воскликнула Саша.
– Об искусстве можно говорить днями! – топнула ногой Самира.
– Как его зовут? – вклинилась я.
– Антон, но все зовут его Лео – из-за фамилии Леонов, – ответила Самира.
– Смотрите-ка, она уже все про него знает! – обрадовалась Сашка.
– Что?! – возмутилась Самира.
На этом дискуссия окончилась: прозвенел звонок, и нам пришлось бежать на лекцию. В октябре расписание у всех курсов уже устоялось, преподаватели стали строже, а учебная нагрузка возросла. Поэтому все четыре пары я была так сильно погружена в учебу, что почти не думала о Матвееве. А на последней паре, на которую пришелся японский язык, и вовсе «поплыла» от обилия информации, которую требовалось в короткие сроки усвоить.
Университет я покинула с гудящей головой, успокаивая себя тем, что пара дней – и я адаптируюсь. Я снова была одна: у девчонок немного другое расписание. А потому встретилась с Таней, которая тоже прознала о нашем с Даней расставании.
Сестра ждала меня в небольшой и демократичной, но уютной кофейне неподалеку от университета.
– Ну что, подобрала сопли, утерла слюни? – осведомилась она, когда я села напротив нее за столик. Особой чуткостью Таня никогда не отличалась. Ведьма – что с нее взять?
Я закатила глаза:
– И тебе привет.
– Рассказывай, что да как, – велела сестра. Пришлось рассказывать. И чем дальше я рассказывала, тем чаще она вздыхала.
– Вот змей подколодный, – только и сказала Танька, когда я закончила. – Значит, на другую полянку прилег? Ясно-понятно. Не думала, что он такой. Слушай, а давай скажем Олегу, он Матвеева загнобит. – У Таньки сверкнули глаза. – Он его столько раз на пересдачу вызовет, что эта скотина ошалеет.
– Пусть живет, – устало махнула я рукой.
– Доброта людей не красит, Кудряха, – покачала головой сестра. – Пока будешь добренькой, тебе сто раз под коленки ударят, чтобы упала, а потом еще и в спину харкнут.