– Вы знаете, я тоже не люблю выскочек, которые выливают на себя по полфлакона за раз!
Она не поняла, что он это про неё сказал!
Кристан сам не заметил, как разозлился, а когда осознал, что эта эмоция питает демона внутри, было уже поздно.
Лёжа на широкой кровати гостиничного люкса, Кристан подумал, что демон, наверное, счастлив, живя полной жизнью.
«Я всегда брал и буду брать то, что хочу», – отозвался он.
«Я найду способ уничтожить тебя», – пообещал Кристан. Отвлечь демона разговором – лучший способ спасти чью-то жизнь.
«Максимум, что ты можешь, – это ценой своей жизни передать меня другому носителю, – разоткровенничался демон. – Либо также ценой своей жизни обозначить условие, при котором я умру. Но ты для этого слишком трус.»
«Трус, говоришь? Я хоть завтра могу уйти в обитель.»
Демон в голове весело рассмеялся.
«Попробуй, и ты увидишь, во что я превращу эту крысятню! – донёсся ответ. И было понятно, что демон отнюдь не шутит и не красуется перед носителем. – Люблю монастыри! Там можно не сдерживаться. На десятки километров ни души вокруг! А после ещё долго никто не узнает о том, что произошло. А когда обнаружат, смрад и стрёкот червей будут настолько невыносимыми, что это место объявят проклятым. Знаешь, что мне больше всего нравится в обителях? – Что там не было и нет бога! Эти жалкие людишки молятся в пустоту.»
Кристан поверил. Как тут не поверить, если ему уже несколько раз попадались такие вот осквернённые проклятые места? Большинство бывших монастырей успели разрушиться от времени, зарасти сорным лесом, превратиться в унылые россыпи камней. Иногда проклятые руины обнаруживались и в вековых лесах. И эти места нельзя было осваивать повторно. Никто не соглашался застраивать их.
«Сколько тебе лет, демон?»
«Хм... Не знаю даже. Тысяча, две... Я существовал ещё до того, как образовался Тиор. Но я всё ещё молод душой и полон запала!» – ответил он.
«Тогда тебе более двух тысяч. Что будет, если я не передам тебя другому носителю, а умру в одиночестве?»
«Всё очень просто: ты не умрёшь в одиночестве».
«Даже если меня похоронят заживо или я уйду в пустыню без запаса воды?»
«Во-первых, я перехвачу контроль над твоим телом до того, как ты это сделаешь. Во-вторых, даже если у тебя получится, ты не умрёшь. Помнишь короля Римуса Прокажённого?»
«Помню.»
«Этот дурак велел похоронить себя заживо в антимагическом склепе. И что бы ты думал? Через сто лет его гробницу вскрыли и обнаружили, что всё это время король провёл в стазисе и, наконец, настала его пора пробудиться! О, как я тогда развлёкся!»
«Ты о «кровавой эпидемии» во дворце?»
«Именно!» – радостно подтвердил демон.
«Кровавая эпидемия» (на самом деле не эпидемия, а массовая резня) случилась около пятисот лет назад. Детям на уроках истории рассказывали, что в тот день король Римус и множество людей обезумели: брат шёл с мечом на брата, матери резали своих детей, маги стали друг другу врагами. Всё это в самом деле было похоже на эпидемию.
Король Римус до этого славился своим спокойным рассудительным нравом. Если бы не «эпидемия», его увековечили бы в истории с прозвищем Мудрый.
Если бы...
Умер монарх позорной смертью: его за руки повесили над городскими воротами, вспороли ему брюхо и выпустили кишки. Так он и висел, пока не сгнил.
Теперь Кристан понял, что случилось с Римусом Прокажённым. Хочется надеяться, что к моменту позора он был уже мёртв.
Вряд ли кто-то знает, что кровавый король на самом деле просто стал жертвой демона. Неужели молодого графа ждёт такой же бесславный конец?
Нет! Кристан во что бы то ни стало уничтожит тварь! Даже ценой своей жизни!
Демону, по всей видимости, было приятно вспоминать былые «подвиги»:
«Знаешь, что я сделал? Я в течение недели сменил несколько тел! Это было, конечно, изматывающе, но потрясающе весело! Искупаться в ещё тёплой ароматной крови... Прогреметь не только на весь Тиор, но и на весь мир! – похвалился он. – Эх, ностальгия! Что-то мне даже стало скучно жить, как сейчас. Размах не тот. Нынешняя королева слаба, её тело и года не продержится. Вообще в Тиоре сильных магов днём с огнём не сыщешь.»
«Ещё бы! Сколько ведущих родов ты уничтожил!» – хмыкнул Кристан.
«Это да, это да... Но единственный, о ком я жалею, так это Уве Типс. Бесил он меня неимоверно, но с ним, думаю, было бы куда веселее, чем с тобой.»
«Такой уж я невесёлый», – Кристан ещё раз ухмыльнулся и тут понял, что делает это не мысленно, а в самом деле.
– Вам было приятно, Кристан? – спросила Мона, чем разозлила графа, сбив с такого информативного разговора.