Ух, терпеть его не могу!
Этот надменный гадёныш сделал Бриги комплимент на балу четыре года назад, и с тех пор она по нему бредит. Ей взбрело в голову, что именно она та самая, кто снимет с него оковы проклятья.
Как по мне, молодого графа Офтен Харт попросту дурно воспитали. Вот он и вырос таким, с недостающими запчастями в душевной организации. Ущербный, одним словом. И никакая конфетная внешность не компенсирует ему душевного уродства.
Увы, моя Бриги без ума от избалованного графа, а я ни за что не признаюсь ей, что тайком подрабатываю в городской газете, где пишу про её возлюбленного разоблачительные статьи.
Мне жаль наивных девушек, которые ведутся на красоту этого повесы. Потому что больше его не за что любить. Во всём остальном он мерзок.
А уж сколько на его счету разбитых в прямом смысле сердец – не счесть! Девицы, утратив разум от чувств, сами умоляют вонзить им кинжал в сердце в надежде оказаться его сужеными.
Но нет у этого паразита общества никакой суженой. И поделом!
– Ниечка, ну, какое мне платье выбрать? – Бриг, она же моя госпожа, с мольбой посмотрела на меня. – Мне нравится бирюзовое, но, говорят, холодные оттенки не привлекают мужчин. Может, вот это, вишнёвое?
– Не платье тебе надо выбирать, а мужика другого! – я встала в позу, сложив руки на груди, а сама... Что-то в этой ситуации меня насторожило. Кажется, я угодила в прошлое? Или... Или это всё сон? Точно же! Моя Бриг умерла...
– Значит, вишнёвое! – в который раз не услышала меня сестрица.
Вишнёвое... Почти цвета крови, которая вскоре прольётся. Уже пролилась...
Яростная, жгучая, отравляющая боль накрыла меня с головой.
«Кристан Офтен Харт! Клянусь, я найду тебя! Найду и прикончу!» – прокричала я во всё горло и проснулась от своих же воплей и боли в плече и на лбу, потому что во сне упала с лежанки.
***
Спустя сутки пребывания в хижине Гурко мой болезный неожиданно начал помирать: тихо, но очень мучительно стонал; сжимал кулаки, отчего те посинели и распухли; задыхался.
– Его нужно в город! – я вдруг поняла, что заигралась в лекаря. Ещё немного – и парень загнётся. – У кого есть повозка?
– У старосты есть. Да только не повезёт он вас посреди ночи, – покачала головой Герхен.
– Повезёт. Я договорюсь!
Всё вышло, как я и сказала: мы погрузили парня в повозку и отправились ещё до рассвета. За такое удовольствие мне пришлось пообещать избавить дом старосты и деревенский склад от паразитов. Как по мне, цена адекватная. Правда, я ещё не знаю, чем буду платить городским целителям. Да хоть горы золотые, лишь бы спасли моего горемычного.
Странно... Почему я к нему так привязалась?
***
Пока мы тряслись в повозке, мне несколько раз показалось, что парень умер, и только по тлеющей ауре я определяла, что он ещё жив. На грунтовой дороге прощупывать пульс и отслеживать дыхание – гиблое дело.
А если он умрёт... Я даже имени его не знаю. Всё зову его про себя «парень». Как-то это нехорошо. Надо бы назвать его как-нибудь...
Если я Мия, то он пусть будет... Мин? Нет. Мик? Хм-м. Мир? А что? Громко звучит, зато сразу запоминается.
Значит, Мир!
Коняга медленно плелась в гору, а я не знала, как перестать переживать за своего пациента. Взяла за него ответственность на свою голову, теперь вот отправилась навстречу приключениям.
Хартон... Город, в котором постоянно что-то происходит, где у меня полно знакомых, где ещё остались незаконченные дела.
Если честно, мне больше не хочется жить там. И Мира я туда везу ради его спасения. Потому что иначе он умрёт.
Как бы в подтверждение моих слов Мир раскрыл рот в немом крике боли и попытался открыть один глаз, тот, на который не попала кислота. Какой неподходящий момент, чтобы прийти в сознание! Трясучка – это кошмар для переломанных костей. Если бы Мир мог, орал бы от боли.
– Бедненький... – я легонько погладила его по плечу. – Скоро выедем на городские улицы, там будет меньше трясти. Целители помогут тебе. Я что-нибудь придумаю, чтобы расплатиться с ними.
В госпиталь Мира взяли. Ибо на первичную помощь имеют право все нуждающиеся. А вот чтобы его полечили как следует, с применением целительной магии, придётся договариваться отдельно.
Ну, Агния, пускай в ход свои таланты! Мы начинаем новую жизнь с добрых дел!