– Как ты? Всё хорошо? Вчера ты выглядела расстроенной.
– Конечно. Немец же не собирается уезжать! – Я всплеснула руками. – Он утверждает, что ему плевать на условия. Он провёл ночь с какой-то девицей и теперь хочет целовать меня. Мерзко! Как это мерзко!
– Просто дай ему по губам.
– Ты же видела, какой он здоровый. Сожмёт меня и чёрта с два я вырвусь.
Я содрогнулась от этой мысли.
– Может, он всё-таки не будет тебя целовать, – пожала плечами Эстефания. – В конце концов, у него появилась новая подружка, да?
– Мне плевать. – Отрезала я, скрестив руки на груди.
Подруга посмотрела на меня как-то странно, но ничего не сказала. К нам подошла Маргарита с подносом, которая, конечно же, поинтересовалась, как прошла вчерашняя посиделка. Мы с Эстефанией стали рассказывать ей всё наперебой, так что бедная девушка даже опешила от такого потока информации. В конце концов, придя в себя, она заявила весьма возмущённо:
– Вот ведь Казанова недоделанный!
Я рассмеялась и поняла, что мы с этой девицей точно поладим
***
Идти домой не хотелось. Совсем. Это значит, что придётся столкнуться с самодовольным лицом немца по пути в комнату. Или выслушивать нравоучения от Хосе. Подруги быстро переоделись после нелёгкой смены, но видя, что я даже не собираюсь домой, удивились:
– Ты не собираешься уходить?
– Пока нет. Посижу немного тут.
– Так не хочешь домой? – спросила Маргарита.
Я грустно улыбнулась:
– Ты даже не представляешь как.
– Ну, ты можешь переночевать у меня. Потом вместе пойдём на работу завтра.
– Спасибо, но я всё-таки вернусь домой. В конце концов, у меня нет с собой ни пижамы, ни зубной щётки.
– Ну, сама смотри. Я скину тебе адрес на всякий случай, если вдруг передумаешь, – сказала новая подруга и добавила на прощание: – Adίos!
– Я бы тоже предложила тебе переночевать у меня, но я живу не одна, сама понимаешь, – смущённо вставила Эстефания и, обняв меня, сказала: – Ты звони если что, ладно?
– Хорошо. Пока, девочки!
Они ушли, а я ещё пятнадцать минут просидела в раздевалке, тупо глядя в стену напротив. Меня беспокоила ревность, которая вспыхивала в груди каждый раз, стоило мне вспомнить, как Герхард обнимался с той девицей. С какой стати мне его ревновать? Я же не могу… «Нет, это бред» – безжалостно обрывала я себя, страшась столь невинного, доброго слова, каждый раз застревающего в горле. От него саднило, першило, болело. Я приложила руки к щекам, потому что чувствовала жар. Что за сумасшествие? Почему я никак не могу успокоиться? Мысли бегают, как очумелые, когда Герхард рядом. Я не хочу, чтобы он вводил мои чувства в такой диссонанс! И всё же, пора собираться домой. Глубоко вздохнув, я нехотя переоделась в повседневную одежду и вышла на улицу. Какого же было моё удивление, когда я увидела на дороге знакомую машину, за рулём которой, конечно же, сидел немец. Удивление и разочарование. Недовольно поджав губы, я пошла вдоль тротуара, игнорируя окрики мужчины. Услышала, как хлопнула дверца, а затем – торопливые шаги. Сама ускорилась, но Герхард оказался быстрее. Он схватил меня за руку и развернул к себе лицом.
– Не игнорируй меня, – сказал он строго.
Я фыркнула:
– Я не хочу тебя видеть, немец. Оставь меня в покое.
– Я выиграл, Лозано. Выполняй условия.
– Ты не выполнил мои условия и ждёшь, что я послушно тебя поцелую? – Я усмехнулась. – Мечтай дальше, дорогуша.
Я стряхнула с себя его руки и уже собралась уйти, но Герхард не отступил. Он вновь схватил меня за плечи – на этот раз резче и грубее, будто был зол, что я продолжаю сопротивляться. Не успела я понять, что происходит, как он впился своими губами в мои. Я замерла от сковавшего тело шока. Потерялась под таким напором, даже не дышала! Будто кто-то ударил под дых, выбил весь воздух из лёгких. Вдруг ноги стали ватные. В какой-то момент я была готова рухнуть в его объятия, но, поймав себя на слабой мысли, что мне нравятся прикосновения Герхарда, нравится вкус этого требовательного поцелуя, моментально взяла себя в руки. В голову ударил жар, всё тело наполнила злость. Да как он вообще смеет целовать меня против моей воли?! Во мне забурлила удивительная сила и, наверное, только благодаря этому я смогла оттолкнуть немца. Он выглядел ошарашенным, а я до чёртиков злой.
– Не смей меня трогать! Только сунешься ко мне – я расскажу всё Хосе! – Крикнула я.
– Мерседес…
– Не приближайся! Иначе залеплю тебе такую пощёчину!
Герхард тяжело вздохнул. Ничего не сказал, только сверлил меня взглядом. Я не могла смотреть на него. Меня накрывала непонятная волна, от которой я начинала задыхаться. Развернувшись на каблуках, буквально побежала от него. Куда угодно, хоть на край Земли!
– Лозано, стой! – крикнул он мне вдогонку.
Но я была уже далеко. Нырнула в переулок, чтобы спрятаться от его настойчивости и, когда мужчина пробежал мимо, не додумавшись заглянуть в столько укромное местечко, медленно побрела дальше, совершенно не страшась того, что таит в себе темнота. Видимо, встретиться с Герхардом было для меня ужаснее, чем одинокий переулок. Вытащила телефон из кармана и увидела два новых сообщения – от Маргариты и Эстефании. Маргарита скинула свой адрес, а вот Стеф предупредила, что меня ждёт Герхард. И почему я не увидела это до того, как вышла? Тогда бы ушла через чёрный ход! И не было бы этого поцелуя, от которого у меня так горят губы… «Да, мне действительно надо пойти к Маргарите» – подумала я. Неважно, что нет зубной щётки и пижамы. Сейчас ничего не имело значения, всё моё существо стремилось лишь к одному – сбежать от Герхарда. Прежде чем идти к подруге, я позвонила Хосе и сказала, что сегодня буду ночевать не дома.
– Гер за тобой поехал. Ты его не видела? – Спросил он.
– Видела. Поэтому иду к подруге.
– Что случилось?
– Поругались. Всё как обычно. Не хочу его видеть хотя бы день. Завтра после работы увидимся, братец.
– Хорошо. Только позвони, как доберёшься до подруги.
– Конечно. До завтра.
***
Не смотря на то, что Маргарита приглашала меня к себе, она была очень удивлена, застав меня на пороге своей квартиры. Я неловко улыбнулась и спросила:
– Твоё предложение всё ещё в силе?
– Конечно! – Она отогнала удивление и пропустила меня внутрь. – Рассказывай, что тебя забросило в моё скромное жилище?
– Инцидент с немцем, – ответила я со вздохом и сняла кроссовки.
– Выглядишь так, будто тебе срочно нужно выпить, – подметила подруга, окинув меня оценивающим взглядом.
– Что-то вроде того. Если поставишь чай, я буду безумно благодарна!
– У меня даже безе есть.
– Замечательно. Ты просто чудо, Рита.
– Не смущай, – она улыбнулась. – Мой руки, ванная здесь.
Она быстро провела экскурсию по своей двухкомнатной квартире, после чего я пошла мыть руки, а она – заваривать чай. Выйдя на кухню, я без сил плюхнулась на стул и ещё какое-то время мы молчали. Будто чувствовали, что в данный момент это будет уместнее всего.
– Он поцеловал меня, – сказала я тихо, боясь вызвать ту противоречивую бурю, которая улеглась буквально десять минут назад.
Маргарита округлила глаза и разинула рот. Похлопав ресницами, она выдавила только:
– Чего?
– Да. Он набрался наглости и сделал этого.
– Мне кажется, ему даже наглости набираться не надо было. А ты что?
– Оттолкнула его. Что ещё мне оставалось? И побежала к тебе.
Подруга села рядом и, положив руку мне на плечо, спросила:
– Как ты?
– Не знаю, Рита. Ничего я не знаю! – И, вытянув руки, я устало уронила на них голову.
Девушка вздохнула, погладила меня по волосам и вернулась к чаю. Оставшийся вечер мы провели в беседе на нейтральные темы. Герхард звонил раз десять, но я игнорировала его. Нет уж, дорогой, сегодня я не хочу больше думать о тебе!