Девушка прыснула.
– Это уж вряд ли, – смеясь, проговорила она.
Во время переходов девушка не раз мечтала о тени, чтобы не шагать под ярким южным солнцем. Но ни одно дерево что-то не придвинулось, и даже ветки не повернуло, чтобы создать прохладу. А Эннареон, эльф с корабля, за малым не казнил её. Как там было? “Я тебя не убью… пока…”
Как у эльфов принято обращаться с “кем-то вроде верховных правителей” Кайя не знала, но была уверена, что казнью им не грозят. Стало быть, нет, это – не про неё.
– Всё равно, невероятно! – воскликнул Раваль. – А, скажем, мух ты можешь просить о чём-нибудь? Или… – он на мгновение задумался, – скорпионов?
– А что? – опешила Кайя.
– Идеальное убийство! – воскликнул парень. – Ты сидишь себе в ста лигах от жертвы, а подговоренные тобой скорпионы приходят к ней в дом и кусают.
– Не зна-а-аю, – с сомнением протянула девушка.
Услужливое сознание быстро подготовило список кандидатов на встречу со скорпионами. Там значился альханский правитель Соронис, носатый советник по торговле Сетор и Рэйред, пожалуй.
Да нет, ерунда. Выносить приговор нужно самой, а не перекладывать эту заботу на каких-то насекомых.
Возможно, этим придётся заниматься чаще, чем хотелось бы. Когда они вернутся в Гатвин…
…В Гатвине их никто не встречал. Дело шло к вечеру, и, немного поразмыслив, Алдар пригласил всех к себе, рассудив, что незачем спутникам кормить клопов на постоялых дворах и в тавернах.
– Добро пожаловать, – советник попытался всунуть ключ в замок, но отчего-то без особого успеха.
– Эй вы, куда прёте? – раздалось сзади. – А ну-ка прочь отседова! Это – дом советника Алдара!
Означенный медленно, сдерживая ярость, обернулся.
– Правда? Что ты говоришь, – негромко, но веско проговорил он.
– Что слышал, – огрызнулся окликнувший их стражник, подходя ближе и извлекая из ножен меч. – Нечего…
Он увидел Алдара и осёкся на полуслове.
Советник тоже узнал стражника.
– Ульвик, – протянул он, недобро усмехаясь. – Чей, говоришь, дом?
– Господина советни… – растерянно начал стражник. – Господин советник! Что… как… Вы же в розыске!
– Да? – Алдар опешил, но виду не подал. – За что это, интересно?
– За убийство градоначальника Альханы, очернение и возведение хулы на нашего бургомистра Данмера, попытку захвата власти… – начал заученно перечислять Ульвик, но тут же обескуражено умолк.
Лицо советника потемнело от гнева.
– Захват власти, говоришь?
Тон Алдара резко противоречил его мимике. Советник говорил спокойно, даже слишком спокойно.
– Ты ещё на дежурстве? – словно невзначай спросил он стражника.
– Уже нет, иду домой, – радостно ответил тот, довольный сменой темы.
– Тогда заходи в гости!
Алдар неожиданно для всех сгрёб Ульвика за шею и слегка придавил. – Несильно, только, чтобы тот перестал сопротивляться.
– Дагор, сделай одолжение, выломай эту хренову дверь, – повернулся он к гному.
Того дважды просить не пришлось. Замок жалобно звякнул, упав на мостовую, и путь стал открыт. Отряд зашёл внутрь, Раваль, шагающий последним, быстро огляделся и, захлопнув дверь, задвинул тяжёлый чугунный засов.
– Ты меня видел, – счёл необходимым пояснить стражнику Алдар. – Завтра я непременно зайду в ратушу, но мне хочется явиться туда не под стражей, а самостоятельно. Поэтому сегодняшнюю ночь ты проведёшь в моём подвале.
– Да я ж завсегда был на Вашей стороне, – обиженно просипел Ульвик.
– Вот завтра проверим! – советник был непреклонен.
Кайя отперла гостевые комнаты, те самые, что всегда были закрыты за ненадобностью. Обстановка её ничуть не удивила: узкие деревянные кровати. И всё.
“Ох уж этот Алдар”, – вздохнула она, пытаясь привнести сюда хоть каплю уюта: притащила половики, свечи и табуреты, на которые можно было хотя бы бросить одежду.
– У меня гости бывают редко, – извиняющимся голосом проговорил советник. – Разве что моя старая подруга, целительница.
Кайя поискала по дому следы пребывания Шаттнаары, но не преуспела. Верно, та давно съехала. Никаких записей целительница не оставила, если не считать за таковые гору немытой посуды на кухне.
Пожав плечами, девушка немного разгребла завалы и принялась готовить ужин.
– Что делать надо? – поинтересовался Алдар, заглянув в дверь.
Кайя недоумённо уставилась на советника.
– Чем помочь, говорю, – повторил тот. – Я кухарить не умею, но ты говори, как и что… Авось, получится.
Девушка удивилась пуще прежнего.
– Уборкой и готовкой занимаюсь я, – задумчиво произнесла она, не до конца уверенная, шутит Алдар или всерьёз предлагает помощь. – Ты же меня для этого нанимал…
Советник улыбнулся.
– Когда я тебя нанимал, ты была мне никто. Просто хотелось пристроить девчонку в безопасное место, чтобы не шаталась по Гатвину в поисках приключений на задницу.
– С безопасностью вышла промашка, – рассмеялась Кайя.
– Это уж точно! – подхватил Алдар. – Но теперь, когда мы вместе, то и делать всё должны вместе. Разве нет?
– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Я-то ещё не была… с кем-то вместе…
– Я тоже, – огорошил её советник.
Кайя недоверчиво подняла брови.
– Что, неужели ни с кем… – начала она, но Алдар, улыбаясь, перебил:
– Да нет, женщин хватало. Зрелых-спелых, ага, – хохотнул он. – Но ни одну не хотелось назвать своей. Точнее так, – Алдар стал серьёзным, – ни с одной не хотелось стать её. Пока не появилась ты.
Кайя заглянула ему в глаза.
– Люблю тебя! – тихо произнесла она.
Ей сразу же, до умопомрачения, до немыслимого восторга понравилось говорить это Алдару.
– А я – тебя, – признался в ответ Алдар и припал к губам девушки.
Он говорил правду: никогда доселе не доводилось употреблять этого слова. Женщины у советника, быть может, не всегда бывали “спелыми”, но зато всегда – сообразительными, и фальшивых признаний в любви не требовали. Зачем, если и так хорошо?
Сейчас же ему хотелось повторять "люблю" снова и снова.
Для Кайи.
Только лишь для неё.
На столе для готовки стояло два глиняных горшка и немытая чугунная жаровня. Все они отправились на пол, сброшенные рукой советника. Горшки, понятное дело, разлетелись вдребезги, но ни Алдара, ни Кайю это не заботило.
Приготовление ужина тоже перестало их занимать. Когда в кухню через некоторое время заглянул Дагор, они даже не обернулись. Гном аккуратно притворил дверь и, стараясь ступать потише, отправился на поиски кладовой: авось там найдётся что-нибудь съестное, не требующее готовки на огне.
Среди мешков с крупой, сухарями и солониной он встретил Раваля. Чуть позже к ним присоединились Торрен с Дейаром. Последней заявилась Хадига, громогласно ругаясь по поводу полного отсутствия гостеприимства у советника. Но еда, хоть ей было и далеко до королевских столов, сделала своё дело: злость и раздражительность уступили место сытой лени и желанию поспать.
А негостеприимный хозяин дома и Кайя обошлись и без ужина, и почти без сна. Из кухни они переместились в опочивальню Алдара. Девушка впервые оказалась в чужой постели.
Хотя… пожалуй, теперь Кайя имела право считать её своей.
Рано утром все собрались в зале, держать совет. Ситуация складывалась вовсе не радужная: Алдару светила темница, гному и Равалю – месть гильдии убийц, которую они предали. Хадиге вроде бы ничто не угрожало, но за столом она сидела с лицом, мрачнее некуда.
В Альхане советник пообещал ей десятикратную цену дома с имуществом. По самым скромным подсчётам у Хадиги выходила невероятная сумма в пять тысяч золотых. Но если Алдара запрут в клетке, то понятно, не видать ей золота, как своих ушей!
– Я пойду к бургомистру, – решил советник. – Объявлю ему, что драться за власть не намерен, и попрошу за это золота, которое отдам вам. Как план?
Все переглянулись.
– План – дерьмо, – осторожно начал Дагор.
Остальные согласно закивали.
– Тебя схватят и кинут в темницу, – продолжил гном. – И золото ты получишь только в одном случае: если у палача окажется золотой топор.
– Из темницы вы меня вытащите, – беспечно отмахнулся Алдар. – Лишь бы уважаемый бургомистр не решил подстрелить меня сразу, как только войду.
Дагор с сомнением покачал головой.
– В Альхане мне было несложно: охранники безмозглые и хилые, а решётки на окнах – ржавые. Здесь всё так же?
Советник вздохнул.
– Нет. У нас хорошие решётки…
– Значит, вытащить тебя будет непросто, – резюмировал гном. – Есть ещё идеи?
Увы, других не было. Алдар и сам понимал, что затея будет рискованной. У бургомистра нет особых причин расставаться с золотом. Куда проще – позвать стражу, схватить его и действительно заточить в камере. Ненадолго: объявить во всеуслышание дурацкие обвинения, которые давеча упоминал Ульвик, провести показательный суд и казнить.
Но, с другой стороны, быть может Данмер пожелает решить этот вопрос тихо, без излишнего шума. Во время судилища-то многое можно выкрикнуть в толпе, даже корчась от боли под ударами дубинок стражников.
Идеальным вариантом стало бы бегство из города. Так вышло бы безопаснее. Но как тогда расплатиться с Хадигой? А Раваль? Ему было обещано место помощника бургомистра…
“Впрочем, парень уже понял, что ключи от Гатвина мне не светят, а значит и с его должностью вышел пшик”, – подумал Алдар.
– Послушай, – Дагор проникновенно положил руку на плечо советнику. – Я тоже не терплю несправедливости, и тоже готов биться за правое дело. Мне даже золото твоё не нужно!
– Ага, – ехидно пробормотал Раваль. – Борец за идеалы. Потому и в гильдии…
– Был! – коротко рыкнул гном. – Но сейчас у нас нет ни сил, ни возможностей воевать со всей гатвинской стражей с бургомистром во главе. Нужно отступить!