Однако, бургомистр сидел у себя в апартаментах. И снова не один!
Советник от досады только крякнул. По всему выходило, что разговора тет-а-тет с Данмером не выйдет: такое ощущение, что решительно все против этого.
“В следующий раз надо натравить на мерзавца Раваля. Или Дагора. Или обоих разом, – решил Алдар. – И быстрее, и хлопот меньше, и уж наверняка те решат проблему”.
Но от дальнейших раздумий его отвлекла Шаттнаара. Она, вызвав безмерное удивление и у советника, и у Кайи, поклонилась. Медленно, чуть ли не до земли.
Советник уже открыл рот, чтобы возмущённо заявить, мол, много чести для паршивого бургомистра-то, кланяться. Но вдруг сообразил, что поклон предназначался вовсе не Данмеру.
Целительница поклонилась гостю, который сидел в кресле напротив бургомистра, вполоборота. Это был мужчина, возраст которого определить по лицу не представлялось возможным. Он был в плаще: то ли не посчитал нужным разоблачиться, то ли нашёл, что в апартаментах слишком холодно. Чёрные, как смоль, волосы, разметались по плечам в лёгком беспорядке.
– Долгих лет Вам, магистр Сандар! – с почтением проговорила Шаттнаара, распрямившись.
Мужчина проворно встал.
– Так значит ты и есть Средоточие? – спросил он, не ответив на приветствие целительницы.
Кайя даже не поняла сперва, что вопрос адресован ей.
– Шатти писала о тебе, – продолжил Сандар. – Изобразила такую историю, что я решил лично проверить факты.
Целительница продолжала смотреть на магистра с немым обожанием. Кайе на мгновение стало противно, но затем она вспомнила, что Шаттнаара не в курсе последних новостей про убийцу, нанятого Сандаром, и слегка остыла.
Хотя нет, всё равно противно! Этому сукинсыну, значит, позволяется именовать целительницу “Шатти”?!
– И как проверка? – нахально поинтересовалась Кайя. – Удалась?
– Там видно будет, – неопределённо пожал плечами Сандар. – Оставьте нас!
Прозвучало негромко, но повелительно. Шаттнаара дёрнулась, будто раздираемая надвое сомнениями, но всё-таки осталась на месте. У Алдара же даже сомнений не возникло: он просто скрутил из пальцев оскорбительный жест. Увы, более серьёзным оружием бывший советник не располагал: в темнице разжиться клинком, понятно, не удалось.
– Лучше и вправду вам выйти ненадолго, – попросила Кайя мелодичным голосом. – Он не причинит мне вреда.
– Ты уверена? – с нажимом спросил Алдар. – Магистр не производит впечатление… хм, безвредного…
– Убеждена, – кивнула девушка.
Она взмахнула руками, мол, давайте, идите уже. И развернула ладони кверху.
Знак “поддерживайте и соглашайтесь”.
– Пойдём, Шатти, – бывший советник потянул целительницу за рукав.
– Я тебе не Шатти! – прошипела та, но зашагала следом.
Данмер остался сидеть в своём роскошном кресле.
– А его просьба не касается? – кивком головы Алдар указал на бургомистра, но тут же осёкся.
Он не присматривался особо к Данмеру, потому что всем его вниманием сразу и безраздельно завладел магистр Сандар. Но теперь всё же бросил взгляд, и…
– Он мёртв, – ответил магистр на невысказанный вопрос. – Я в Гатвине наверняка знаю только это помещение, и открыл портал именно сюда. Этот тип начал мне досаждать своими криками, а на мой вопрос, как мне найти Шатти, которая обратилась с письмом, надерзил. А я, знаете ли, не терплю дерзостей. Всех присутствующих касается! – он строго посмотрел на Кайю, но та ответила ему таким пламенным взглядом, что Сандар едва не попятился, и только большим усилием воли остался на месте, сделав вид, что ничего не заметил.
– За дверью десять стражников, – сообщил Алдар девушке, но так, чтобы Сандар понял: информация предназначается именно ему. – По первому же вскрику они ворвутся и расстреляют его. Зови, если понадобится.
Он и Шаттнаара вышли. Магистр Сандар рассмеялся надтреснутым старческим голосом, вовсе не соответствующим его внешнему облику.
– “Десять стражников”, – очень похоже передразнил он Алдара. – Мы же с тобой знаем, что там никого нет? Присаживайся, – магистр широким жестом указал Кайе на кресло. – Беседа будет долгой.
Сам он обошёл вокруг стола, спихнул труп бургомистра на пол и уселся на его место.
– Нет, – покачала головой девушка. – Недолгой. Предлагаю договор: ты не трогаешь меня и моих друзей, а я, – она помолчала мгновение, – я не мешаю тебе захватывать мир, или что ты там задумал.
– Откуда ты знаешь про мир? – неподдельно удивился Сандар.
– Догадалась.
Передавать содержимое разговора с Эннареоном на корабле она не видела никакой необходимости.
– Догадливая! – рассмеялся магистр.
– Ближе к делу, – Кайе очень хотелось решить все вопросы быстро. – Устраивает договор?
– Гарантии, гарантии, – поморщился Сандар. – Твой договор выглядит глупостью. Что заставит тебя придерживаться своего обещания? Что заставит меня, – он хмыкнул, – не размазать тебя по стенке, прямо здесь, прямо сейчас? И хлопот меньше…
– Ты ведь уже попытался, – укоризненно вздохнула Кайя. – И не удалось.
Сандар воззрился на девушку со смесью удивления и… страха?
– Как узнала? – коротко спросил он.
– Я ж догадливая, – напомнила Кайя.
Смарагд Отречения, который она вытащила из ошейника Шаттнаары, продела верёвочку и спрятала под рубаху, бился в рёбра, как живой, исправно отражая заклятье за заклятьем.
– Но если я захочу убить тебя, то у меня получится, – уточнила девушка.
Однако магистр и сам уже понял, в чём тут дело. Его губы растянулись в змеиной улыбке.
– С камнем ты и сама лишена чар. А я, – Сандар извлёк из складок плаща кинжал, – неплохо владею оружием. Видишь? Преимущество на моей стороне. Будешь кричать, звать выдуманных стрельцов?
Неожиданно он закашлялся, забулькал, отхаркивая кровь и забрызгивая красными каплями дубовый стол бургомистра с лежащими на нём свитками.
– Я пользуюсь не чарами, – тихо возразила Кайя.
Кровь полилась у Сандара из носа, из ушей и даже из глаз.
– Я управляю стихиями. Волей.
Магистр начал хрипеть и задыхаться.
– В твоих жилах течёт кровь, которая есть вода, – продолжила девушка. – Я могу дать ей свободу… а могу превратить в лёд, например.
Кинжал выскользнул из руки Сандара и со стуком упал на пол.
Неожиданно всё прекратилось.
– Твори исцеляющее заклинание, – приказала Кайя.
Магистра дважды уговаривать не пришлось. Чары сработали, как и всегда, отлично, и Сандар упал в кресло, испытывая чувство счастья приговорённого, заслушавшего королевский указ о помиловании, уже стоя на эшафоте.
Обессиленный, но вроде бы живой. И скоро станет здоровый: заклинание Йерры всегда неплохо ему удавалось.
– Согласен, – проскрипел магистр, как только снова смог говорить.
– Что? – непонимающе моргнула Кайя.
– Согласен на твой договор, – повторил Сандар с усилием. – Со всеми условиями.
– Слишком быстро согласился, – с подозрением проговорила девушка. – Обмануть задумал, небось.
– Знаешь заклятье Правды? – поинтересовался магистр, садясь ровнее.
Ткань плаща была мокрой от крови. Сандар брезгливо поморщился: кровь, оказывается, текла вообще отовсюду. Впрочем, это – мелочи, оставшиеся в прошлом! Радость по случаю пребывания в числе живых всё ещё переполняла его.
Кайя озадаченно помотала головой.
– Это просто. Смотри…
Через пару минут девушка выучила новые чары. Действительно, вроде бы просто… а ещё очень полезно.
– Теперь… – начал Сандар, и тут же выругался.
– У тебя же камень припрятан, – проворчал он. – Не сможешь чаровать. Шатти!
В помещение стремительно вбежала целительница, словно стояла прямо за дверью и подслушивала, что происходит внутри. (Вообще-то, так оно и было). Остановилась она рядом с Кайей и придирчиво осмотрела девушку. Вроде, цела…
– Заклинание Рааса, – коротко потребовал магистр. – На меня! – уточнил он.
– Зачем? – опешила Шаттнаара.
– Эта девочка…
– Кайя, – поправила его юная чародейка.
– …Кайя хочет задать мне несколько вопросов и получить на них правдивые ответы. А я хочу пережить этот разговор, – усмехнулся Сандар. – Потому правда сейчас предпочтительней всего. Делай, Шатти.
– Felvarhior Raas!
Крошечная оранжевая искра сорвалась с пальцев целительницы и ударила Сандара точно в сердце.
– Спрашивай! – коротко произнёс магистр, готовый отвечать на всё.
Сборы оказались недолгими, но одну подводу всё-таки нагрузили доверху. Кайя удивилась, откуда в доме взялось столько всего: аскетичная обстановка, казалось, не изменилась ни в чём.
Торрен и Дейар, попрощавшись с друзьями, отправились в Тоддмер ещё рано утром. Им предстоял путь на север: нужно было пересечь Велленхэм, а затем, через гномье королевство Румхир, выйти к Тоддмерской равнине. Условно безопасными в этом плане выглядели только центральная часть Велленхэма и гномьи владения: в первой за порядком худо-бедно следили, а гномы издавна почитали гостей, стараясь беречь их благополучие (и не пуская, впрочем, вглубь королевства, без особой нужды).
С ними ушёл и Дагор.
– Если уж где и прятаться от гильдии, то под горой, – заявил он. – В Румхире я укроюсь так, что никакой убийца и близко не подберётся!
Хадига бродила по комнатам, неодобрительно качая головой. Ей обстановка совсем не нравилась. Она уже планировала, что и где будет находиться, но существовала одна проблема, перечёркивающая любые планы: деньги. Алдар, в уплату долга, подарил ей свой дом. Он, пожалуй, стоил пять тысяч золотых, но сейчас проку от этого было мало. Эти деньги были “вмурованы” в стены, окна и крышу, и на них нельзя было купить не только новый ковёр, но и хотя бы простую булку хлеба.
Раваль сидел на кухне, на столе для готовки и задумчиво смотрел на жаровню, где, брызгаясь соком и шкворча, готовился кусок мяса. В Румхире ему, в отличие от гнома, не спрятаться. Даже наоборот: человек в таком месте станет ещё заметнее, чем где бы то ни было ещё.