Я замерла за перилами, осознавая, что мои волосы превратились в настоящее гнездо. Быстро наклонила голову вниз, встряхнула волосами и вернулась в исходное положение. Теперь они хотя бы выглядели более-менее аккуратно. Я собралась с духом и поднялась за гитарой. Слова брюнета лишь разожгли во мне огонь решимости. Моя цель была ясна: забрать свой инструмент.
Подойдя ближе, я заметила, что взгляды всех присутствующих теперь были прикованы ко мне. Я стояла уверенно, несмотря на то, что на мне всё ещё были обтягивающий топ и короткие шорты. Парень, сидевший рядом, глядя на меня, произнёс:
— Кикимора или не Кикимора, она богиня! Её ноги божественные. Я хочу закинуть их себе на плечи.
Он мерзко хихикнул и добавил:
— Красавица, как тебя зовут? Меня Женя.
Его слова заставили меня покраснеть от смущения, но план оставался неизменным: не обращать внимания и быть решительной.
— Я не знакомиться пришла, а забрать свой инструмент, — твёрдо ответила я.
Женя не унимался:
— Мой инструмент в штанах в твоём распоряжении.
Все засмеялись, включая моих подруг. Мне стало дурно. Я чувствовала себя грязной и униженной. Молча подошла к Никите, чтобы взять гитару, но он не ослабил хватку, и вырвать её не удалось.
— Раз он твой, сыграй. И это невежливо — ты в гостях у Кости и не представилась, — сказал он с вызовом.
Я стиснула зубы. Стыд, страх, неловкость и отвращение боролись внутри меня. Глаза начали метаться от волнения, и я снова поежилась под взглядом брюнета, который сканировал меня, словно робот-полицейский. В голове мелькнула мысль: говорить пошлости девушке — это ещё более невежливо и неуважительно.
Молчание прервала Вера:
— Это Арина, и она, правда, стесняшка. Но она круто поёт и играет. Мы гордимся ею.
Как наигранно она это сказала! Видимо, перед Никитой выплясывала. Женя, которому хотелось заехать коленом по его "инструменту", опять выпалил:
— С такими ногами порой стесняться нечего.
Тут блондин одёрнул Женю недобрым взглядом, чтобы тот замолчал, и обратился ко мне:
— Арина, сыграй нам что-нибудь и спой, пожалуйста. Тогда я отдам гитару.
В этот момент у выхода на веранду устроился тот самый Женя. Видимо, он понял, что сможет схватить и облапать меня, если я попытаюсь сбежать. Все пути отступления были перекрыты.
Деваться было некуда. Думая, какой репертуар выбрать, я решила исполнить "бабскую" песню — пусть им будет скучно. Выбрала *"Амели на мели"*. Устроившись на краю дивана рядом с Катей, я подстроила пару струн и начала играть. Глаза не поднимала, сосредоточившись на пальцах, бегающих по грифу.
Спела с достоинством. Хотя я, возможно, и некрасивая, мой голос тонкий и мелодичный. Подняв глаза, уже ожидала, что меня прогонят за занудство. Но, к моему удивлению, все зааплодировали.
Никита обратился к брюнету:
— Костя, давай Арина сыграет, а ты споешь.
Так вот чья дача! Какой неприятный факт. Этот Костя уже успел послать меня куда подальше.
— Ну, если только Арина знает эту песню, *"Мои океаны"*. Именно эту песню я знала. Но можно было соврать и уйти.
— Или ты так себе гитарист? — бросил он вызов.
Этот урод! Хотя внешне он вовсе не урод. Но мне плевать! Молча начала перебирать аккорды. Он вступил. Ого! У него был потрясающий голос — даже лучше, чем у оригинального исполнителя. Богатый, сильный, красивый.
*"Стоп, Арина! Не расхваливай его — он тебя послал!"*
Когда песня закончилась, задул сильный ветер. Стемнело окончательно, и замелькали вспышки молний, сопровождаемые раскатами грома. Удивительно, что маме Веры было всё равно, где и с кем её дочь. Или Вера придумала убедительную версию?
Пока я рассуждала, стало прохладно, и начался ливень. Идти обратно и рисковать испортить гитару не хотелось. Вот и попала!
---
3
---
Парни организованно, будто это было отрепетировано, переместились в домик. Забрали с собой мебель, напитки, закуски и всё остальное. Я осталась на веранде с гитарой одна, не понимая, что теперь делать со своей злостью. Идти в дом, на территорию того, кто уже послал меня куда подальше, не хотелось. Все уже вошли; к моему удивлению, ни Вера, ни Катя не вышли за мной. От этого осознание, что мы будем общаться так же, как и раньше, тлело с каждым поворотом событий.