Я расстроилась ещё больше. Ведь до этого дня я была иного мнения о них. Но и я оказалась в неловкой ситуации, оставшись наедине с брюнетом. Чтобы понять его намерения, я спросила достаточно громко:
— Почему такой добрый?
— Тихо, Кикимора, разбудишь Женю, а там я не помощник. Он тебя в охапку и всё, — засмеялся Костя от своей шутки.
— Я в полицию за изнасилование заявление напишу тогда, — произнесла я зло.
Да, внимание этого мерзкого Жени мне совсем не хотелось. Тем более это внимание было направлено не на меня, а на моё тело.
Мы уже поднимались на второй этаж. Я зацепилась краем рукава за что-то на перилах. Замешкалась. Костя вызвался помочь:
— Держи телефон. Я помогу.
Он вручил мне единственный источник света. Но он подошёл слишком близко. Встал сбоку от меня так, что казалось, будто пытается обнять. Наклонившись к моему лицу и глядя на мою руку, обдал меня приятным морским бризом. От этого я попятилась назад, что было зря. Я поскользнулась и потеряла равновесие. Он машинально обхватил меня руками.
— Что ты делаешь? Отпусти! — пыталась я вырваться.
Но вопреки моим словам, он не отпускал.
— Кикимора, ты проблемная, ненормальная. Я тебе помог, а в ответ шипение слышу. Так, мы так до утра идти будем.
С этими словами он выхватил свой телефон и закинул меня на плечо. Я начала брыкаться, но Костя осёк меня:
— Мы на лестнице, напоминаю, и твои дрыганья приведут нас в травмпункт.
— У меня аллергия на прикосновения мужланов-незнакомцев. Быстрее поставь меня обратно!
Мы уже преодолели ступеньки.
— Да не шипи, певичка убогая, — ударил он меня по ляжке.
Я вскрикнула, начала брыкаться, выворачиваться. Но он не отпускал. И мы упали с грохотом на пол. Падение было болезненным. Костя зажёг фонарь на телефоне, чтобы осветить всё вокруг. Я попыталась встать на карачки, чтобы приподняться.
— Господи, Арина, потерпи до спальни, — сказал он и засмеялся.
Услышав это сзади своей пятой точки, я не выдержала:
— Да что же это за день такой стыдный?!
Я приподнялась, обняла себя руками. Мне стало холодно, стыдно, обидно. И я заплакала.
— Арина, ты чего плачешь? — спросил Костя, посветив мне на лицо.
— О, я хочу уйти домой, где меня не оценивают как товар.
— Я тебя оцениваю как Кикимору, — опять засмеялся он от своей шутки.
— Можно я просто сяду и подожду окончание дождя здесь? — успокоилась и спросила я.
Костя повернул фонарь вправо. Там стояла кровать, рассчитанная на полтора человека. А это значит, что кто-то из нас ляжет на пол. Но мне стало очень холодно, и спать на холодном полу не хотелось.
— Я на кровать. Передумала, — сказала я и села на край матраса.
Фонарь погас.
— Черт, разрядился, — выругался Костя.
Затем послышался шорох, похожий на то, что кто-то раздевается. Рядом прогнулась кровать.
— Я с тобой сексом заниматься не буду, — решила сказать прямо, осознавая происходящее.
— Кикимора, у меня на таких, как ты, не стоит, — отрезал он жёстко. — Можешь нащупывая стены сваливать.
— Ладно. Тогда посидим. Молча.
Я заползла ближе к стене, облокотилась на неё и начала думать, как быстрее завтра уехать из этого огорода и больше никогда не общаться с Катей и Верой. Так или иначе, я поступлю и уеду, неважно куда. Начну всё сначала. Глаза предательски слипались, но я хлопала себя по щекам. Засыпать с малознакомым парнем, да ещё и в одной кровати, нельзя.
— Кикимора, — прервало безмолвную тишину. — Ты зачем носишь такие короткие шорты?
— Мои промокли, напомнить почему?
— Потому что встретила меня? — захихикал он низко и хрипло.
— Смешно. А мне противно. Просто на замену были только эти. Наследие спорта. Я их в обычной жизни не носила.
— Что за спорт?
— Художественная гимнастика.
— Блин, бывает же, — воскликнул он. — Ну да, Кикиморы тоже могут быть гимнастками.
— Шпагат, всё дела... Это у тебя растяжка что надо! — продолжил он.
— Давай помолчим. Мне и так стыда сегодня на всю жизнь хватит, и уже тошнит от пошлостей.
— Да брось, девчонкам нравится такое.
— Это какое? Чувствовать себя мясом? — крикнула я. — Подождала бы до утра свою гитару. Зачем светить своими...
— Замолчал. Ладно, давай помолчим.
Мы посидели так ещё немного, и я не смогла победить сон.
---
4
---
Сквозь сон я почувствовала, как лежу головой на чьей-то груди. Было тепло и уютно, в воздухе витал запах морского бриза. Не хотелось просыпаться, и я снова провалилась в сон.
Но внезапно моё умиротворение прервал грохот и смех. Я резко открыла глаза и увидела Веру и Катю, которые стояли в дверном проёме и хохотали.
— Ара, наконец-то ты перешла на нашу сторону зла! — сквозь смех процедила Катя.