«#Матвей_какжетак»
Кто-то выложил пост у себя на странице. Это девушка. Замираю, смотря на фото. Экран, в темноте комнаты, слепит глаза. Не могу сфокусировать взгляд, потому что сердце пульсирует в груди так сильно, что мешает сосредоточиться. На фото миловидная кудрявая девушка с… Матвеем.
Это он, он, он! Матвей – не выдумка! Он есть! Я это знала! Улыбаюсь, чувствуя, как печет газа от подступающих слез. Сердце ликует, но организм сдерживает слезы. Некогда плакать!
На фото Матвей стоит в пол-оборота, смотрит куда-то вдаль. Тень от капюшона его черной толстовки скрывает почти половину лица. Но я вижу… я понимаю, что это он… Мой Матвей…
Перевожу взгляд на запись, читаю, одновременно радуясь и испытывая душевную боль.
«Не могу поверить. Шок. У меня нет слов. Матвей, зачем ты это сделал…»
Пост выложен почти три недели назад. Это и мало и много. Не дышу, унимая дрожь в руках. Слишком мало информации. Я захожу в комментарии и читаю бесконечные слова поддержки для этой девушки. Я сейчас не анализирую, просто впитываю всю информацию и вычленяю нужное. Люди пишут, что тоже не ожидали, задаются вопросом «почему». А дальше какая-то демагогия и пустословие. В потоке бесконечных слов поддержки для этой девушки Алины, с ее благодарственными ответами, я встречаю единственный обнадеживающий комментарий:
«Не надо тут разводить сопли, Матвей еще выкарабкается» - слова принадлежат некому парню, с ником «Username».
«Паша, мы все тоже верим в Матвея, но нужно учитывать, что человек может выйти из комы и быть в вегетативном состоянии, а его родных тоже нужно пожалеть, это не ты будешь с ним потом сидеть!»
Ее ответ сильно коробит меня. Если они друзья, то это слишком циничный ответ. Но эта Алина позиционирует себя, как нечто больше, чем друг… Тогда почему столько внимания в этом посте уделяет своей персоне и так скупо говорит о Матвее… Пролистываю дальше ее профиль. Но больше записей о Матвее нет, как и его фото у нее на страничке.
Осматриваю снова это фото…
Мой Матвей… Это он… Задумчивый, словно его мысли где-то далеко… Еле уловимый образ, ушедший в себя. Словно он не видел, что кто-то фотографирует его. Словно это фото взято из контекста. Там присутствуют еще люди, но эта девушка Алина вырезала только себя с Матвеем.
«Где ты, Матвей?» - думаю, осматривая нечеткое изображение. Я не верю, что он мог что-то сделать с собой по доброй воле. Я чувствую, что здесь все не так просто. Матвей не мог.
- Я верю! – произношу, ощущая внутри, как все мои чувства замерли и сконцентрировались. Предстоит тяжелый путь. Но я не боюсь.
Выдыхаю и набираю сообщение Юзернейму. Он был в сети сегодня, значит у меня есть шанс узнать о Матвее больше. Та девушка Алина назвала его Павлом. Обращаюсь к нему по имени, представляюсь. Что еще написать? Застываю над клавиатурой. Вижу, что он появляется в сети и набираю текст. Пишу все, что первое приходит в голову. Спрашиваю Павла про Матвея, говорю, что познакомились с ним недавно и… потерялись… Пусть будет так. Отправляю.
Павел прочел мое сообщение, хотя сейчас уже полночь. Вижу, что он набирает текст. Потом останавливается и снова набирает… Это мучительно долго… Не дожидаюсь его ответа, пишу снова.
«Я знаю, что Матвей не пытался себя убить! Ему нужна помощь, и как можно скорее!» - отправляю, догрызая последний ноготь, пытаясь дышать, сквозь бешено бьющееся сердце.
Павел прекращает набирать сообщение и уже пять минут молчит, а у меня внутри поднимается жуткое негодование, но потом вижу, что парень снова набирает сообщение, и просто жду вердикта.
«Судя по аккаунту, ты не очередная тупая дурочка, чей фетиш – парень с пограничным состоянием. Приходи завтра в 18 ч. в кофейню напротив главного корпуса универа. И прямо сейчас удали переписку.»
Вот так. Грубо, четко и странно.
«Хорошо» - отвечаю. Вижу, что Юзернейм вышел из сети, а я опять захожу на страничку к Алине. Открываю фото с Матвеем и сохраняю себе на телефон.
Уткнувшись в экран, не отрываясь, ложусь в кровать, падая обессиленно на подушку. Смотрю в телефон, приблизив изображение Матвея. Слишком мало света, нечетко… Но это он. Тень от капюшона упала на его глаза, но я словно вижу его взгляд. Тепло и грусть разливаются чем-то горячим в сердце, раня его этой смесью. Моя душа плачет… Она, глупенькая, уже стремиться к нему. Ей горько, одиноко, пустно и невыносимо больно. Мне больно за своего дорогого человека.
«Ты остался там, Матвей. Но смерть тебя не забирает, значит ты сопротивляешься, значит ты сильный, и твое время не пришло…» - прижимаю телефон к груди, к тому месту, где сейчас очень больно, словно мое сердце вырвали.