А я вспоминаю, как батюшка Олег подошел вместе со мной к вроде обычного вида мужчине, только который был невысокий и излишне худой, и одет странно. Он называет себя Гошкой. И не понятно, сколько ему лет… Помню, как быстро отец Олег рассказал все Гошке, что нужно вызволить одного доктора за пределы ограждения коттеджного поселка, или хотя бы узнать от охранников о его местоположении. Гошка был очень сосредоточен и все время кивал, словно ребенок, который хочет помочь взрослому, а потом улыбнулся, и сказал, что «ради благого дела, он всегда готов, что всю жить и ждал, кому добро сделать». Отец Олег позвал свою дочь, что пела в церковном хоре, она поехала с нами и по дороге рассказала, что Гошка часто просит милостыни возле богатых домов, что всегда там высматривал «за кого помолиться».
«Мне кажется, что он и правда жалеет тех, кто богат, - объясняла мне Серафима. – Гошка, как услышал из Евангелия, что «легче верблюду пройти через игольное ушко, чем богатому в Царствие Небесное», плакал ходил, страдал, вопил на службе и слезами обливался, что их души не спасутся, - немного засмеялась Серафима, но быстро откашлялась, скрывая смех. - Он и возле этого поселка отирается… - Серафима посмотрела на отца, - в смысле… милостыню просит. Гошка добрый, очень, как ребенок. Странник.»
***
- Что-то они долго… – выглядываю Гошку и батюшку сквозь деревья.
- Ну ты же видела, какой Гошка концерт дал. Он ведь старался, – Серафима выдохнула, устало облокотилась на стекло. – Жалко Гошку, но, наверное, он счастлив в своем роде. Идут! – воскликнула Серафима.
А я оборачиваюсь и вижу, как к нам идет отец Олег, а за ним Гошка, который попеременно поворачивается и кланяется охранникам, а потом молится и снова поет молитвы.
- Узнали! Удалось… – сообщает нам отец Олег, когда садится за руль. – Доктор Борисов сегодня едет в центр, - выдыхает, но потом немного смеется. – Гошка - истинный талант. Замучил охранников. Сказал, что он хочет за доктора Женю молиться, что душа того в огне горит, что этот доктор поступал неправильно. А тут я сразу, как влитой, явился за Гошкой. Вот между Гошкиными воплями и моими сетованиями охранники и выдали про доктора, чтобы мы поскорее ушли.
- Ты тоже талант, пап, - Серафима хлопает по плечу своего отца. – Тебе теперь исповедоваться, что солгал, да и что Гошку надоумил, - прыскает от смеха Серафима.
- Это да! Пришлось сказать, что мне позвонили и просили забрать своего подопечного, – отвечает отец Олег. – Теперь ждем… - загадочно произнес, становясь сосредоточенным.
- Эмм. А чего… ждем? – я очень озадачена. А еще наблюдаю, как Гошка лег на траву под деревом, недалеко от ворот поселка.
- Мы станем немного поодаль, а Гошка потом нам позвонит и скажет, когда выедет наш доктор.
- Позвонит? – я озадачена еще больше.
- Конечно, у него же телефон есть, - Серафима разводит руками. – Он же юродивый, а не немощный. И не глупый, а только прикидывается.
И вот… мы стоим и ждем… Почти час… Отец Олег стучит пальцами по рулю, посматривая на телефон. Серафима залипла в соцсети, переписываясь с друзьями. А я… мысленно прошу доктора ехать поскорее, а Гошку позвонить и сообщить новости.
Вздрагиваю, когда слышу пиликанье телефона.
- Да, Гоша, - поднимает трубку отец Олег. – Понял. С Богом! – отец Олег кладет трубку и заводит двигатель. – Наш доктор выехал с территории.
Пристегиваюсь и с замиранием сердца наблюдаю, как недалеко от нас сворачивает серебристая иномарка. Ждем немного и трогаемся с места. Попадаем в поток машин на трассе, но я все еще вижу серебристую машину. Я, наверное, заклеймила ее своим взглядом. Держимся поодаль, чтобы не привлекать внимание. Хотя, машин много, доктор Борисов не должен нас заметить…
Машина доктора сворачивает на парковку возле винного магазина, и мы останавливаемся.
- Дальше я сама, благодарю вас за помощь, если бы не вы... - оборачиваюсь на своих новых друзей.
- Будь на связи, Катя! – отвечает отец Олег, а Серафима машет мне на прощанье.
Забираю рюкзак и выхожу из машины. Вижу, как доктор выходит, ставит машину на сигнализацию и забегает в магазин. Иду за ним. Магазин очень дорогой. И наверное, видно, что такой замарашке, как я, не по карману это вино. Но делаю очень задумчивый вид, рассматривая ромбические полочки с бутылками. И… слежу за Борисовым. Он, почти не глядя, забирает две бутылки, расплачивается, все также не глядя в глаза продавцам. Хмурый. Действительно, депрессивный человек, как сказал Павел.
Выхожу за ним, не останавливаясь, иду вперед. Я, наверное, действую импульсивно, но на счету каждый час. Пока он будет распивать вино, Матвею может стать хуже! Догоняю его…