Я иду за ним, видя, как Матвей открывает свою дверь. Заглядываю внутрь и просто поражаюсь.
На рабочем столе, возле узкой разобранной кровати, стоит рабочий компьютер с двумя мониторами. На дисплее одного из них бежит строка кода программы. Я совершенно не ожидала увидеть здесь признаки цивилизации. Я не особо разбираюсь в технике, но вроде компьютеры не такие дорогие и навороченные, но все же… Взгляд цепляется за множество книг, разбросанных и раскрытых, лежащих корешками вверх, зажатых на определенных страницах. Пустые кружки и разбросанные коробки.
- Ты работаешь на удаленке?
- Да… Приходится… - в этом его «приходится» фонит какая-то безысходность.
Получается… Матвей знает, что он болен…
- Что за код ты пишешь? То есть, какая область работ? – хочу войти в его комнату по наитию, но Матвей загораживает вход, и я понимаю, что действительно совершаю глупость.
- Биоинформатика, - скрещивает руки на груди, осматривая меня, считывает эмоции.
- Сколько тебе лет, Матвей… - просто спрашиваю, или не просто…
Хочется узнать что-то о нем… Он не учится, уже работает, но выглядит молодо. Неужели у него нет семьи? Почему он один… Когда рядом должны быть любящие родные люди…
Матвей молчит, задумавшись…
- Двадцать пять… Или двадцать шесть… - хмурится, мрачнея. - Я не помню… Не праздновал прошлый День Рождения...
Я отступаю, натягивая рукава его толстовки ниже. Мне очень холодно. Было холодно изначально, но после пережитого «приключения» я резче ощущаю дрожь.
- Тебе, наверное, надо вернуть твою одежду?
- Нет, - Матвей опускает глаза, промаргиваясь, немного тряся головой, будто снова пытается слушать меня сквозь шумы в своей голове. – Оставь… Оставь себе… Здесь холодно. Будешь чай? – спрашивает так обыденно, опять смотрит сквозь меня. – Только здесь нет зеленого… Только травы.
Киваю утвердительно, и Матвей проходит мимо. Идет прямо, его комната как раз напротив кухни.
Захожу за ним. Осматриваю помещение, кухня небольшая, но уютная. Старый деревянный гарнитур, стол и стулья. Выдыхаю, потому что нет намека на зону обитания расчленителя или людоеда...
"Кошмар, что за мысли, Катя!"
Всему виной множество просмотренных ужастиков...
Матвей ставит чайник на огонь. Замечаю, как он немного тянется в спине, словно испытывает дискомфорт. Или это тики. Ведь у больных… То есть… Не знаю, почему, но мне не хочется называть Матвея больным, даже в мыслях… Он нездоров… Буду называть его нездоровым… У нездоровых психически бывают тики, когда совершают непроизвольные движения в плечах или спине… Но… Будто у Матвея там ушиб. Или я была слишком тяжелая для него, когда он столько времени нес меня и бежал со мной на руках.
- Я могу помочь… заваривать чай, я умею, - спрашиваю тихо, переминаясь с ноги на ногу.
Матвей кивает и отходит в сторону. Замечаю заварник и банку с мятой, кажется. Определяю по запаху мелиссы. Матвей не наблюдает за моими действиями, он подходит к соседнему навесному ящику и что-то достает. Боковым зрением наблюдаю, как он взял какую-то банку, открывает и берет из нее… две капсулы, которые проглатывает. Ставит обратно банку на место и уходит из кухни. Отхожу немного, аккуратно смотря ему вслед.
Матвей снимает куртку, бросая ее на стул возле комнаты. Заходя внутрь комнаты, он стягивает майку через голову, и я успеваю увидеть косую багровую полосу на его спине. Это не просто полоса. Словно узор из вязи на непонятном языке.
Удар кнута… Точно… Я же слышала… Хотя в том моем состоянии страха, отчаяния и пограничного состояния, я могла выдумать что угодно…
Конечно, сейчас кажется, что все мне показалось, но… Если это так. Если это не совпадение!
Неужели Матвей действительно получил удар кнута, от которого осталась такая странная полоса на его спине… Но кто там был?
Да нет же, бред! Это просто совпадение. И я ищу связи… Матвей просто пугал меня. Внушил мне страх, будучи не совсем здоровым.
Стоп! Не здоровым! Лекарства! Матвей пьет лекарства!
Открываю шкаф, откуда Матвей доставал те таблетки. Я вижу эту банку. Оборачиваюсь, убеждаюсь, что я одна, и тянусь к ней.
Название непонятно. Какие-то иероглифы, но они не на китайском, ни на японском или корейском. Я не знаю, что это за язык. Откручиваю крышку… Очень много серых капсул… Матвей лечится… Или есть тот, кто заботится о нем?
- Зачем ты это взяла? – раздается грозный голос, и я вздрагиваю.
Оборачиваюсь в страхе с банкой в руках.
Вижу перед собой Матвея. Он смотрит сердито, а его глаза нездорово блестят. Черные волосы взъерошены, опадают челкой на лоб, создавая мрачную тень на половину лица.