— Гляди-гляди, это же сам Воронцов! — указал коренастый мужик из народа, тыча пальцем в сторону императорской ложи.
— Где? Никогда его не видел! — его сосед привстал, пытаясь разглядеть через головы. — Тот, с бакенбардами, что ли?
— Да нет же, болван! С бакенбардами — это граф Арбенин, министр образования. Воронцов — тот, с бородкой, в чёрном сюртуке!
— А! Понял!
В ложе действительно присутствовал Григорий Михайлович Воронцов — живая легенда боевых искусств, советник Императора, человек, чьё имя произносили шёпотом в высших кругах общества. Высокий, широкоплечий, с военной выправкой и проницательным взглядом голубых глаз. Несмотря на свои шестьдесят семь, он выглядел моложе — пара морщин, да седина в бородке. Чёрный сюртук на нём отличался от одежды окружающих строгостью. Вышивка эфирных нитей представляла собой сложнейшие контурные схемы, кои для непосвящённого казались просто красивым орнаментом, но знатоки были в курсе — в них контуры защиты.
Воронцов сидел у императорского кресла, остальные немного в стороне. Да никто бы и не осмелился сесть слишком близко без приглашения. Даже граф Арбенин — действующий министр образования, при всей своей значимости держался на почтительном расстоянии, время от времени бросая на архимагистра взгляды, полные уважения и скрытой зависти.
— Слышал, у него неограниченный доступ в императорские покои, — продолжал зритель. — Говорят, он в любое время может войти к Его Величеству, даже когда тот закрыт для всех остальных советников.
— Вот ты дурак! — отвесил ему лёгкий подзатыльник первый. — Ты хоть понимаешь, о ком болтаешь? Да за такие разговоры нас могут… — и выразительно провёл ребром ладони по горлу.
Но подобные разговоры велись не только в их секторе.
— Представляешь, он лично тренировал племянника матушкиной знакомой, — тараторила девушка в сером пальто своим двум подругам.
— Сам Воронцов? — подалась вперёд рыжеволосая.
— Именно.
— Вздор! — фыркнула третья. — Чтобы сам архимагистр тренировал кого-то не из императорской семьи? Ври получше, Лена!
— Матушкина подруга Анжела так сказала!
Но большинство зрителей сегодня интересовал не столько сам Воронцов, сколько предстоящие поединки.
— Ставлю сотню имперских, что Гвардейское Училище возьмёт первое место среди третьекурсников, — говорил полный купец, приглаживая усы. — У них здоровяк Крамской. Слыхал я, он достиг ранга подмастерья, хотя ему всего двадцать два!
— Шутишь? — хмыкнул его собеседник, интеллигент в очках, — у Императорской есть Лизавета Огнева. С её техникой «Тысячи серебряных игл» вообще без шанса. Забыл прошлогодний финал у второгодок?
— Твоя правда — купец прогудел, и как он мог забыть. — Тот гений из Гранитного Института… как там его… Сардаров! Точно. Огнева справилась с ним за тридцать секунд…
В соседнем секторе неистовствовали курсанты, размахивая флагами академий и скандируя имена фаворитов.
— КРАМ-СКОЙ! КРАМ-СКОЙ! — дружный хор гвардейцев сотрясал воздух.
— ОГ-НЕ-ВА! ОГ-НЕ-ВА! — не отставали имперцы.
Гранитчики и вовсе затянули песню в честь своего чемпиона — Артёма Сардарова, жаждающего реванша после прошлогоднего поражения.
Однако самые жаркие дебаты развернулись вокруг соревнований среди первокурсников. Молодая кровь, тёмные лошадки, новые будущие гении. Такое привлекало не меньше, чем реванши уже знакомых бойцов.
— У гвардейцев есть феноменальный курсант, — объяснял паренёк своей спутнице. — Ходят слухи, его взяли в училище без экзаменов, когда на вступительных испытаниях он создал эфирный контур ранга подмастерья!
— Ничего себе! — ахнула девушка.
— Да врут всё, — проворчал сидящий рядом старичок. — Откуда у первокурсника навыки для конструкций такого порядка? В моё время…
— В ваше время, дедушка, свечами освещались, — беззлобно отшутился молодой человек. — Сейчас молодёжь пошла другая. Вот увидите, он порвёт всех среди первокурсников.
— Поживём-увидим, — отмахнулся старичок. Уж он-то знал, что сегодня на арене будет очень сильная леди. В мастерской ребята так сказали. Успел даже сделать ставку на её победу.
Подобные споры вспыхивали по всей арене. Каждый восхвалял своего фаворита, имел теорию, как тот победит остальных и, конечно же, знал историю о невероятных способностях других участников. И пусть многие из этих рассказов были сильно преувеличены, но создавали атмосферу предвкушения.