— Таверна у нас спокойная, молодой человек, — отвечает ровно. — Стараемся, чтобы гостям было комфортно.
— О, не сомневаюсь, — делаю шаг, сокращая дистанцию. Не настолько, чтобы нарушить её личное пространство, но достаточно, чтобы она почувствовала, скажем так, мой интерес. — Особенно когда такая привлекательная женщина следит за порядком. Редко встретишь столь строгий взгляд, таящий в себе ещё и страсть.
Вот теперь она не сдержалась — усмехнулась. Осмотрела мою тушку с ног до головы — медленно так, оценивающе. Прикидывает небось, сколько во мне дури и насколько опасен для её спокойствия.
— Хорош собой, спору нет, — вынесла она наконец вердикт. — Глаза вон какие… с чертовщинкой. И фигура ладная. Да только мелкий ты ещё для таких комплиментов. Зелёный.
Мелкий? Восемнадцать лет — конечно, не сорок, но уж и не ребёнок. Впрочем, спорить не буду. Наоборот, использую.
— Зелёный? — вздыхаю с преувеличенной грустью, опуская глаза. — Может, и так. Опыта-то… никакого. — Поднимаю на неё взгляд, полный юношеской тоски и нереализованного желания. А что? Играть так играть! — Вот смотрю на вас, красивую, уверенную женщину, и думаю… каково это — провести ночь с такой? Узнать, ну, вы понимаете… настоящую страсть. А то всё теория, да слухи от таких же балбесов, как я…
Изображаю на лице всю гамму чувств: смущение, любопытство, отчаянную надежду. Сам себе поверил. Почти. Эх, пропадает актёрский талант, пропадает!
Хозяйка смотрит на меня молча. В серых глазах то удивление, то снова возвращается скепсис. И в итоге качает головой.
— Слушай сюда, герой-любовник, — говорит она уже без насмешки, скорее, устало. — У меня таверна, работа, отчёты. Некогда твоими… э-э… образовательными программами заниматься. И фантазиями тоже.
После подходит к двери, дав понять, что аудиенция окончена.
— Если тебе так не терпится девицу потискать, так в паре кварталов отсюда, ближе к порту, есть заведения соответствующие. Там тебе за твои же деньги всё покажут и расскажут. И даже практику проведут. А у меня тут — ночлег и ужин. Берёшь комнату?
Что ж, попытка — не пытка. Не прокатило, ну и ладно. Особо и рассчитывал, если честно.
— Беру, конечно, — киваю. — Комната устраивает. И ужин тоже беру. Голодный, как волк.
— Вот и славно, — она снова становится деловитой. Даже улыбнулась. — Ключ вот. Ужин будет готов через полчаса. Жду внизу.
И вручила тяжёлый латунный ключ, после чего вышла из комнаты.
Кремень. Небось своим взглядом и тараканов местных строит. Ну и ладушки. Кладу ключ на полку. Тяжёлый, таким и прибить можно. Запираю дверь на щеколду. Случайные посетители точно не нужны. Скидываю пальто, пропахшее улицей и ярмарочным чадом. Мешок с барахлом — на пол. Пора переодеваться. Не в академическом же кителе тут расхаживать. Вытряхиваю покупки. Штаны из ткани, подозрительно похожей на мешковину, зато тёплые, тёмно-серые. Свитер толстой вязки, цвета «прошлогодний снег вперемешку с дорожной грязью», но опять же, греть должен исправно. Накидка с капюшоном — вот это вещь! Пусть из самых дешёвых, при этом такая плотная! Ещё и широкая. Под такой и чёрта лысого спрятать можно, не то что мою скромную персону. Ну и сапоги. Грубоватые, подмётка толстая, не развалятся после первой лужи. Вот и весь прикид. Дёшево и сердито.
Переодеваюсь. Старые шмотки в мешок. Всё равно китель с брюками пора постирать. Туда же и шлем с «когтем». Пусть ждут своего часа.
Новые штаны сели сносно, свитер колется. Накидка широковата в плечах. Сапоги хоть по размеру. Ощупываю пояс — кинжал на месте. Нож в рукаве — тоже. Готов к труду и обороне. Или к нападению и отступлению — как карта ляжет.
Так, теперь проверочка.
Секунда концентрации — и вот уже стою на руках. Легко, без напряжения. Одежда не мешает. Баланс держу идеально. Усложним. Убираю левую руку, опираясь только на правую. Стою. Скучно. Плавно сгибаю правую руку, отжимаясь от пола. Раз, другой, третий, десятый… Перекатываюсь колесом. Пробиваю ногой в воздух и замираю в идеальной растяжке. Резко меняю стойку, череда трёх ударов кулаками, уворот, перекат. Сверкнул кинжал, резнув воздух. Кульбит назад, накидка перекручивается, успеваю откинуть её, при этом использовав её как штору и вытаскиваю нож, эмитируя бросок. Очень хорошо. Кинжал обратно на пояс, нож — в рукав. Тело слушается безукоризненно. Спасибо, что не подводишь своего непутёвого хозяина.
Выдыхаю. Да, оно стало сильнее за все эти дни моей новой жизни. Реакция острее, поднялась выносливость, как и улучшился контроль над эфиром. Конечно, всё пока на уровне желторотого птенца по меркам прошлого мира — но для начального выживания уже неплохо. Парадоксально, но мышечной массы почти не прибавилось. Всё та же относительно худощавая фигура курсанта. Только теперь куда жилистее. Силушка есть, а бицепсов — шиш с маслом. Может, оно и к лучшему? Меньше подозрений к моей личности. Однако, в любом случае, паскудно, что у меня до сих пор нет нормальных тренировок. Чтобы двигаться дальше, к настоящей силе, нужна система. Регулярность. Дисциплина. То, чего сейчас и в помине нет. Беготня, турниры, разборки… Сплошная суета. Когда тренироваться-то? График итак сейчас — «успеть всё и желательно вчера». Нет, так дело не пойдёт. Если всерьёз намереваюсь не просто выжить тут, а подняться… Да чего уж там, если хочу снова стоять на вершине в этом мире, нужно браться за ум. Или за то, что от него осталось после всех приключений.