Поднявшись на всё ещё пошатывающиеся ноги, юноша побрёл к выходу. Оставаться здесь ещё хоть минуту было опасно — городская стража наверняка уже получила сообщение о взрыве. В таком состоянии он вряд ли мог рассчитывать на успешное бегство, если его обнаружат.
Что же касается Кривого и денег… губы юного Волкова тронула слабая улыбка. Он ещё нанесёт им визит и заберёт свою долю. Бо́льшую часть. А пока. Пока нужно убраться отсюда и зализать раны. Ведь всё только начинается, и нужно быть готовым к следующим шагам…
Глава 17
Десятью минутами ранее. Улица Перевалочная. Место засады отряда Корнелии.
— Объект приближается! — сообщил Сергей. — Поворачивает на нашу улицу!
Корнелия ощутила, как по позвоночнику пробежала волна возбуждения. То сладкое, томительное предвкушение, что испытывает кобра перед прыжком на добычу. Она облизнула губы кончиком языка и скомандовала леденящим голосом:
— Всем полная боевая готовность. Звено Контурщиков, приготовьтесь к формированию клетки. «Коршун», подай знак стрелкам.
В темноте послышались приглушённые команды, позвякивание оружия. Две кареты, припаркованные по обеим сторонам улицы, качнулись, когда в них задвигались стрелки. Эфирные пушки наготове.
— Двадцать секунд до входа в зону поражения, — доложил Сергей, наблюдая за приближающимся экипажем через подобие подзорной трубы.
Корнелия вынула из ножен клинки — два изогнутых кинжала, заточенные столь остро, что рассекли бы падающий шёлковый платок.
Карета Скворцова приближалась к месту засады. Оставались считанные мгновения…
И раздался взрыв.
Однако.
Не залп их пушек.
Совсем нет…
Другой.
В паре кварталов, но такой мощный, что под ногами содрогнулась земля. Грохот же, разорвавший ночную тишь, был подобен гласу божества, объявившего конец света.
Лошади, впряжённые в засадные кареты, заржали и взвились на дыбы. Кучера пытались удержать их, но животные, объятые паникой, метались, точь собираясь вырваться не только из упряжи, но и из самой реальности. Карета Скворцова резко тормознула. Кони перед ней также встали на дыбы от перепуга. При том, как назло, в десятке метров для успешного залпа.
— Какого хера⁈ — рыкнул Сергей, рискуя нарушить маскировку. — Диверсия⁈
Корнелия не ответила. Она и сама потеряла концентрацию от взрыва, но тут же бросила взгляд на карету Скворцова. Дверца той приоткрылась, из неё выглянула фигура, закутанная в тёмный плащ. Не узнать это породистое лицо было невозможно. Как и пронзительные глаза, над носом с горбинкой. Скворцов собственной персоной.
Он осматривался, прищурившись. Ладонь лежала на изящной рукояти меча. Весь настороженный. Очевидно — с опасностью общался на «ты». И в итоге вынул меч.
«Почувствовал, гад… — поняла Корнелия. — Немудрено. Он же Мастер, как-никак.»
— Вперёд! — гаркнула она во весь голос. — Сейчас или никогда!
Команда прозвучала хлёстко, и отряд тут же задействовал. Два контурщика, выглянув из окон, активировали техники — пространство вокруг кареты Скворцова заискрилось, и прямо из воздуха сформировались эфирные пруты, образовывая клетку.
Но Скворцов не был бы правой рукой Воронцова, если бы попался так легко. Резко перехватив меч, он выпрыгнул из кареты. Клинок полыхнул синим пламенем и рассёк формирующиеся контуры эфирной клетки. Техника рассыпалась, так и не завершившись. Следом мастер сделал странное движение. Меч вспыхнул ярче. И он взмахнул им, как тростинкой. Легко и красиво.
— Ни хрена себе! — вылупил глаза один из людей Корнелии, глядя, как Скворцов высвободил с кончика меча два эфирных снаряда.
Те выглядели как живые птицы, сотканные из чистой энергии, и рассекли воздух с невероятной скоростью. Контурщики даже не успели осознать, как оба эфирных снаряда прошили их насквозь. Первый упал замертво с дырой в животе, второй ещё секунду стоял на ногах, прежде чем рухнуть с оторванным плечом и частью грудной клетки.
Корнелия, не теряясь, сократила дистанцию двумя прыжками и атаковала Скворцова. Звякнула сталь. Тот едва успел парировать первый удар, но второй её кинжал пробороздил красную полосу у его носа — глубокую, болезненную. Он тут же ответил рубящим ударом меча, и лицо Корнелии обожгло. Кровь заструилась по щеке и шее. Как же ей было плевать. Боевой азарт заглушал всё.
— Так ты та самая сумасшедшая девица из «Чёрных Лебедей»! — выплюнул Скворцов, узнав её. Чёрные короткие волосы. Сиреневая аура. Шрам на щеке. И безумные глаза психопатки. Именно так описывали Корнелию практики. — Давно собирался свернуть тебе шею!