В переулке шла схватка. Шесть фигур в белых одеждах окружали одинокого человека, что, несмотря на очевидную измотанность, отбивался с мастерством опытного воина. Его меч рассекал воздух экономно, точно, опасно.
Юноша вгляделся внимательнее, пытаясь разобрать лица в сумраке. И когда распознал центральную фигуру, замер.
Скворцов!
Дмитрий Александрович Скворцов! Личный помощник самого архимагистра Воронцова! И сейчас он сражается за свою жизнь против целой группы!
«Что за чертовщина⁈ — мысли юного Волкова заметались. — Кто эти люди? И почему атакуют человека Воронцова? Заговор? Предательство? Или Скворцов в чём-то замешан?»
Времени на размышления нет. Скворцов проигрывал. Левая рука висела, лицо рассечено, его движения становились медленными, неточными.
«Даже если он в чём-то виноват, — думал юноша, — Воронцов должен разобраться с ним лично. А не какие-то шавки-убийцы. Всё-таки, Скворцов — его подчиненный.»
Решение было принято. Глупое, опасное, возможно, самоубийственное — но иначе бы он не был собой.
Одним движением Волков спрыгнул с крыши на выступ фасада, а затем и вниз, прямо в центр переулка.
Вышло так внезапно, что на мгновение все замерли — и Скворцов, и агенты канцелярии. Бой остановился.
Юный Волков приземлился точно между ЛжеДмитрием и двумя агентами, что готовились нанести сокрушающий удар. Рука метнулась к поясу, извлекая кинжал, снятый с убитого наёмника.
— Уходите, Дмитрий Александрович! — крикнул он, не оборачиваясь. — Я их задержу!
Лицо «Скворцова» исказилось от удивления. Узнал! Конечно, узнал непутевого курсанта академии, коего лично вытащил из тюремной камеры. На губах расплылась улыбка — не благодарная, иная. Но Саша не мог её видеть, сосредоточенный на противниках.
— Защищаешь предателя? — произнёс один из агентов холодным тоном. — Интересно. Похоже, гниль проникла глубже, чем мы думали.
— Не знаю, кто вы такие, — ответил юноша, чувствуя, как энергия ядра пульсирует внутри, готовясь вырваться наружу. — Но Скворцов — человек Воронцова. И если есть к нему претензии, обсуждайте их с архимагистром.
— Мальчишка, ты не понимаешь, во что вмешиваешься, — в голосе старшего прозвучала почти жалость. — Отойди, пока цел.
Юный Волков почувствовал за спиной движение — Скворцов отступал в глубину переулка, используя подаренную возможность.
— Спасибо, курсант Волков! — крикнул он странно насмешливо. Может, показалось? — Я доложу Воронцову о твоей помощи!
И бросился бежать, с удивительным проворством для раненого.
Агенты дёрнулись, готовые броситься в погоню, но юноша активировал простую, но крепкую контурную стену. По сути — ерундовая преграда, но две секунды уже выиграла, заставив преследователей остановиться.
— Вы только что совершили государственную измену, курсант, — произнёс старший без каких-либо эмоций. — Вы понимаете это?
— Вообще-то защитил помощника архимагистра самого Императора, — хмыкнул Волков, считая его слова за провокацию. И перехватил кинжал покрепче. — Если это измена, то у нас очень странное определение слова «верность»!
— Наивный дурак, — процедил другой агент. — Скворцов не тот, за кого себя выдаёт.
Объяснять дальше они не стали. Шестеро против одного — да, неравный бой. Но они не учли, что против них совсем не неофит.
Активация ядра, вместе с маскировочной техникой подводного зрения, и глаза юного Волкова вспыхнули синевой. Стену контура разбили одной атакой на осколки и его атаковали. Все шестеро. Как же они были удивлены, когда не прошла первая комбинация с целью задержать мальчишку. Он слишком быстр! Слишком ловок!
«Что происходит? — мелькнула мысль у старшего. — Кто он такой? Курсант? Но разве способен неофит на подобное?» Он специально дал знак своим отступить и атаковал Волкова техникой скрытых убийц. Заключалась она в идеальном балансе веса. Резкий рывок влево. Жертва на инстиктах должна среагировать. Тогда всплеск эфира. И убийца меняет позицию, смещаясь резко вправо и сразу за спину. Среагировать на подобный трюк может только тот, кто сильнее. Как минимум мастер. Попался.
«Что⁈» — взметнулись брови у старшего, когда Волков заблокировал удар, выгнувшись, буквально встав на мост. Прямо башкой наземь. И тут же ударил сапогом, после кульбит и снова на ногах. Лоб грязный. Но в руке всё тот же кинжал, а глаза горят синевой.
Удача? Талант? Ошибка в исполнении техники самого старшего? Что это сейчас было⁈
— Схватить! — рявкнул командир.
И агенты бросились всем скопом. Двое активировали «Белые оковы». Эфирные цепи контура, для опутывания противника. Юноша уклонился от броска первой. Встретил кинжалом выпад другого. Рассыпались искры от столкновения острейших лезвий. Сзади удар кулака. Не увернуться. Усилить эфир на лбу и принять. Бумс. В глазах искры, терпимо. Сбоку схватили за шиворот для броска. Рука с кинжалом занята. Удар второй по предплечью врагу. Не отпустил, сука. Вот же прицепился! Тут на шею набросили петлю. Ногу обмотала цепь. Резко потянули и за шиворот.