— Подполковника, — говорю спокойно.
Тишина.
— ПОДПОЛКОВНИКА⁈ — Куваева вскакивает, опрокидывая чашу с салатом. — Ты… тебе… ПОДПОЛКОВНИК⁈
— Ага.
Алфёров открывает рот. Закрывает. Опять открывает:
— Я думал, максимум майора дадут…
— Сам в шоке, — пожимаю плечами.
— Это надо отметить! — Куваева хватает чистый стакан. — Пей, подполковник! Приказ старшего по званию!
— Ты капитан.
— Я твой бывший командир! Это важнее!
Смеёмся. Пьём.
А жизнь всё-таки интересная штука…
Поздний вечер. Я в стельку пьян. Да-а-а уж. Отметил так отметил. В принципе, у меня изначально был план напиться, дабы уснуть без памяти и попасть в мир снов без снов, но кажется, даже так я о-о-очень перестарался!
Шатаясь, выхожу из резиденции Разина. Морозный воздух бьёт в лицо, но не чувствую. «Слеза йети» изменила восприятие. Мир качается, как шлюпка в шторм.
— Эй… Эй! Во-о-олков! — Куваева машет с крыльца. — Не упади! Слышишь⁈ Смотри, он шатается ха-ха! Не упади по дороге!
— А⁈ АГА! — кричу в ответ и чуток спотыкаюсь о забор. — Я НЕУБИВАЕМЫЙ!
Алфёров ржёт:
— Неубиваемый, ага! Смотри, чтоб тебя снег не убил!
— Всё! Бывайте! И я потопал! — Машу им рукой и бреду в сторону «Сонного карпа».
Снег хрустит под сапогами. Или это в голове хруст? Чёрте знает.
Смотрю наверх. В небо. Звёзды. Миллионы звёзд. Красиво, блин.
— Хорошо-то как… — бормочу и тут же теряю равновесие.
Падаю спиной. Снег холодный, но мягкий. Лежу, смотрю на звёзды и смеюсь:
— Вот вам и подполковник… Стыдоба… — медленно тяну раскрытую ладонь к небу. — Звёзды… я вас достану… Когда-нибудь…
Для начала только из сугроба поднимусь.
И улыбаюсь.
Не ожидал от себя такого ребячества. Благо никто не видит. Ладно, надо вставать. Кое-как поднимаюсь. Снег за шиворотом, в сапогах, везде. Достаю из кармана флягу с немецким виски. Подарок Алфёрова. Делаю глоток.
— За здоровый образ жизни. — говорю сам себе. — Который у меня обязательно начнётся. Завтра.
Ещё глоток. Тепло растекается по телу.
Подполковник, барон. Забавненько. Всего-то нужно было попасть в задницу мира.
Делаю ещё глоток. И топаю домой. План напиться в хлам, дабы не увидеть сегодня кошмаров, можно сказать выполнен на девяносто девять процентов. Один процент вменяемости оставил для автопилота, лишь бы добраться до комнаты.
Делаю ещё глоток и понимаю, что падаю.
Но…
Кто-то ловит меня за локоть?
— Оп-ля. Поймала.
Поднимаю мутный взгляд.
Женщина.
Красивая женщина.
Фиолетовые глаза, тёмные волосы до плеч, а какие завораживающие черты лица.
Стой…
Мне что, мерещится?
Или я выпил столько, что кошмары теперь приходят не во сне, а наяву? Точно. Не может же ОНА быть ЗДЕСЬ…Просто невозможно.
— Спасибо, красотка, — бормочу, пытаясь сфокусировать взгляд, но не выходит. — Извините… привидится же… —качаю головой, — И почему я вообще о ней вспомнил? Чёртова Корнелия…
— Ты в порядке, лже-Игнатушка? — раздаётся её насмешливый женский голос.
Лже-Игнатушка⁈
Точно перепил.
Фыркаю, смеюсь:
— Вообще в полном! Только чудится всякое. Ещё раз простите, я пойду…
Киваю как д’Артаньян, ну или мне так кажется, и пытаюсь освободиться. Но хватка у дамы будь здоров.
— Эм, дамочка, — говорю, пытаясь выдернуть руку, чтобы ей ненароком ничего не сломать. — Нет, вы точно напоминаете мне одну особу… Прям очень…
Смотрю внимательнее. Это ведь действительно она. Корнелия. Во плоти. Бред же.
Тру уголки глаз:
— Ну, нафиг… я пойду.
— Я скучала, — говорит она мягко. — Ты сбежал. Ещё и чужим именем назвался. Не стыдно?
Мотаю головой. Показываю рукой «стопэ» и всё же вырываюсь. После молча топаю к таверне.
Это не «Слеза йети». Это что-то покруче! Галлюцинации пошли!
Но она идёт следом. Догоняет.
— Да постой же ты!
Останавливаюсь, поворачиваюсь. Щурюсь:
— Ты же женщина?
Та непонимающе хлопает глазами:
— Божечки, ты так напился, что даже не знаю — это слишком мило или слишком плохо. Может, мне следует воспользоваться ситуацией?
— Ты — женщина? — повторяю вопрос.
— В каком смысле? — она чуток краснеет.
— Ну… ты же не мужик, правильно?
Жесть. Я так напился, что приходится уточнять ПОДОБНОЕ! Прежде чем делать непристойные предложения, хе-х.
— Конечно я не мужчина, что за глупости…
— Тогда как именно ты хочешь воспользоваться ситуацией, женщина? — спрашиваю, после на расслабоничах делаю ещё глоток из фляги. Она — женщина. Большего мне сейчас и не надо. И пусть выглядит, как безумица из прошлого, не особо-то и останавливает.