Путь по лестнице занял целую вечность. Юный дамский угодник, как он думал в эту минуту про себя, даже не предполагал ЧТО ПРОИСХОДИТ. И вообще, торопился побыстрее заняться всякими штучками. А потому спотыкался на каждой ступеньке. Корнелия терпеливо вела его, как пастух особо упрямую овцу.
— Осторожно, дорогой, ещё ступенька, — предупредила она.
— Вижу! — заявил он и тут же споткнулся. — Ой.
Архимагистры? Нет! Лестница! Вот кто серьёзный противник! Ступеньки то сливались в одну, то раздваивались, то вообще куда-то исчезали. На середине подъёма Александр остановился, тяжело дыша:
— Раньше… их было меньше… Как будто… Кто-то добавил.
— Конечно, милый, — Корнелия погладила его по спине. — Злые люди добавили ступенек. Давай, ещё немного.
— Ты мне веришь… — он посмотрел на неё с пьяным восторгом. — Ты такая хорошая!
— Да, я такая, — посмеивалась та.
Наконец, после героических усилий, они добрались до второго этажа. Теперь предстояла битва с замком.
— Так… ключ… где мой ключ… — Александр начал шарить по карманам. — Был же… О, нашёлся…
Следующую минуту он пытался попасть им в замочную скважину.
— Зараза… — бормотал он, промахиваясь в очередной раз. — Ну давай, родной… Чёрт… Раньше дырка была больше… Или ключ меньше… Или они оба двигаются…
— Дай я, — Корнелия мягко забрала ключ, вставила в замок и повернула.
— Волшебница! — восхитился юноша.
Дверь открылась. И он гордо указал рукой:
— Вуаля! Любуйся! Мои шикарные апартаменты! Вон — кровать! А это стол — деревянный! И окно со стеклом! И… и… — он повернулся по кругу, — и ещё кровать!
— Это та же кровать, милый, — мягко поправила его Корнелия, снимая свой плащ.
— А… точно… она просто большая…
Корнелия огляделась и, повесив плащ на крючок, улыбнулась:
— Надо же, какой тут порядок. Вполне себе симпатично. Ещё и так жарко… после улицы.
— Это печка, — гордо объявил юный Волков, показывая на железную печурку в углу. — Она виновата.
— Уверен? — Корнелия подошла к нему ближе.
Тот, не снимая сапог и плаща, плюхнулся на кровать, от чего та скрипнула.
— У тебя красивые глаза, — сказал он, глядя на Корнелию снизу вверх. — Фиолетовые… как фиалки… только фиолетовее…
Сделал ещё глоток из фляги:
— Я, кажется, говорил, что ты напоминаешь мне кое-кого…
— Правда? — Корнелия села на него сверху, начала расстёгивать его плащ. — И кого же? Бывшую возлюбленную?
— Не сказал бы… — он нахмурился, пытаясь подобрать слова. — Она… как бы сказать… Хороша собой, бесспорно. Грудь… Да и ноги… Но характер… — после чего даже присвистнул и покрутил пальцем у виска, — Полная психопатка. Даже пыталась меня убить. Представляешь?
— Правда? — Корнелия стянула с него тяжёлый плащ, бросила на стул. — Ай-яй-яй, какая плохая девочка. И зачем же она хотела тебя убить?
— Ради развлечения! — юноша прыснул от смеха. — Забавная, да⁈ Но я её тогда наказал…
На его лице появилась пьяная, довольная ухмылка. Корнелия наклонилась ближе, начала расстёгивать пуговицы на его рубашке:
— И как же ты её наказал? Отшлёпал?
— Не совсем… — он довольно улыбался. — Подробности тебе вряд ли понравятся.
Корнелия мягко толкнула его, заставляя лечь полностью. Присела у его ног, принялась стягивать сапоги:
— Рассказывай. Я — взрослая девочка, всякое в жизни слышала. Вряд ли меня чем-то удивишь или шокируешь.
Первый сапог поддался с трудом. Юный Александр откинулся на подушку, прикрыв глаза. Фляга выпала из расслабленной руки, упав на пол. Пустая.
— Ну… тогда слушай… Имени её называть не буду… В общем… Я сразу понял, ещё при встрече в таверне, что она хочет со мной поиграть… — начал он медленно, вспоминая. — Решил подыграть её спектаклю. Притворился наивным дурачком. Молодым, глупым, напуганным. С чужим именем…
— Как интересно, — Корнелия стянула второй сапог, забралась на него сверху и вернулась к рубашке. — И что было дальше? Она заманила тебя в спальню?
— О да… В спальню… — его голос становился всё тише, слова звучали всё медленнее. — Она приготовила для меня сюрприз. Очень… экстравагантный сюрприз.
— Вот как. И какой же… — Корнелия расстегнула последнюю пуговицу, раздвинула полы рубашки. Поцеловала его в шею, чувствуя учащённый пульс.
— Она хотела связать меня… — продолжал Александр, НЕ СМОТРЯ НА ВСЁ ПРОИСХОДЯЩЕЕ, засыпая. Ох уж эта Слеза Йети. — Думала, я беспомощный мальчишка… Но она недооценила меня… Как и другие до неё… и после…