— Интересно, что ты привезёшь из Петербурга, мальчишка, — пробормотал генерал. — Кроме новых проблем, разумеется.
Временная резиденция наследницы Романовых-Распутиных
Корнелия лежала в ванне с лепестками сушенных роз, когда горничная принесла письмо.
— От господина Александра, миледи.
— Оставь на столике, — лениво махнула рукой Корнелия.
Но как только дверь закрылась, выскочила из воды как ошпаренная. Капая на персидский ковёр, схватила письмо, пробежалась взглядом.
И расхохоталась. Громко, искренне, до слёз.
— «Повторим то, что я не помню», — прочитала она вслух постскриптум. — О, мой дорогой, мальчик… Так ты хочешь меня…
Села на край ванны, перечитывая письмо. Улыбалась во все тридцать два. Фиолетовые глазки блестят. Интересно, он расстроится, узнав, что у них так ничего и не было? Пожалуй. Но ведь с другой стороны, он не пропустил самого интересного! Останется только правильно всё преподнести.
— Значит, уезжаешь… — вздохнула она, перечитывая строки. — Без положенного прощания. Какой плохиш.
Встала, накинула халат. Подошла к окну, глядя в сторону далекого Петербурга.
— Ты же не думаешь, что сбежал от меня, милый? Так ведь? Иначе я расстроюсь. Очень. Да и я здесь, только по одной причине. Из-за тебя. И что мне теперь делать? Ехать следом? Или же дожидаться здесь, как верная жена. — она провела пальцами по запотевшему стеклу. — Хорошо. Я дам тебе ещё немного времени. И северянок не трону. Обещаю. Они такие забавные в своей наивности. Особенно Ингрид с её щенячьими глазками. Но это пока что. Если же не вернёшься… кто знает, в каком я буду настроении.
Таверна «Метелица»
Фрея и Ингрид сидели в своей комнате, обе уставшие после утренней взбучки от Корнелии. Да, она в итоге отметелила их обеих, сказав возвращаться завтра в то же время.
Курьер принес письмо. И северянки прочитали то вместе.
— «Нам нужно серьёзно поговорить», — медленно повторила Фрея. — Это хорошо или плохо?
— Не знаю, — Ингрид покусывала губу. — А что он имеет в виду под «не злись на меня»? За что я должна злиться?
Фрея откинулась на подушки, задумчиво разглядывая потолок:
— Может, за Корнелию? Или за то, что не выбрал тебя?
— Я не злюсь.
— Ингрид, милая, ты смотришь на него как голодная волчица на кусок мяса. Очень злая волчица.
Ингрид покраснела, но не стала спорить. Помолчали. После Фрея села, посмотрела на подругу серьёзно:
— Помнишь, слова Корнелии? Про то, что он будет стремиться всё выше?
— Помню.
— Она права. Он уже подполковник в свои восемнадцать. А ещё, очень силён. И это только начало. Ты готова к такому?
Ингрид нахмурилась, представив будто юный Александр сел на повозку, а она бежит следом. Он же с улыбкой машет ей рукой, прощаясь и уезжая всё дальше и дальше. Быстрее и быстрее. Такая вот мысленная метафора, описывающая реальное положение дел. За ним не угнаться так просто, даже дочери вождя Хальвдана:
— А ты сама-то готова?
Фрея усмехнулась, но в глазах мелькнула тоска:
— Мне сорок лет, девочка. У меня нет иллюзий. И если он предложит быть рядом. Я не откажусь. Даже зная, что это временно.
— Почему временно?
— Я взрослая для него в плане жены. Корнелия права. Ещё пять-семь лет, и моя женская красота начнёт увядать. Не хочу быть обузой для него. Да и Александр… такие, как он, не останавливаются. Они идут вперёд, пока не достигнут вершины. Или не погибнут по пути. Не хочу быть балластом и если в какой-то момент ему необходимо будет идти вперёд самому, я не имею права его сдерживать.
Снова молчание. Внизу, в зале, кто-то из пьяниц запел песню.
— Я поеду за ним, — вдруг сказала Ингрид.
— Что? Куда?
— В Петербург. Хочу увидеть, откуда он. Кто его воспитал. Что сделало его таким странным человеком.
Фрея покачала головой:
— Глупышка. Ты думаешь, узнав его прошлое, лучше поймёшь его настоящее?
— А ты разве сама не хочешь узнать? Поехали вместе!
Фрея задумалась. Потом кивнула:
— Хочу. Но не поеду. Иногда мужчину нужно оставлять в покое. Дать ему время на раздумья. Особенно если любишь его.
Форт Дредноут
Ольга Абызова сидела у панели управления, наблюдая за показателями. Синие линии эфирных потоков пульсировали ровно, как он и настроил. Идеальная работа системы, которую она не смогла бы создать сама за столь короткое время.
— Магистр, — одна из помощниц протянула письмо. — Курьер доставил. Сказал, от подполковника Волкова.