Софья начала вслух перечитывать письмо.
— Слушай, Маша, я сразу и не заметила. Тут написан адрес и название ее фирмы. Может быть сходить к ней на работу. Как ты думаешь?
Вот не было печали. Макар ей говорил, что встречается с девушкой. Только умолчал о том, что у нее есть ребенок и еще много различных подводных камней. Прекрасно осознавая, что такими новостями можно довести мать до больничной койки.
— Сходить конечно можно, только как к этому отнесется Макар. Не дай бог узнает. Нам обоим не сдобровать. — сестра не одобряла в открытую поход к Ольге, но и не видела в этом ничего плохого. Возможно поговорив с этой девушкой, Соня изменит свое мнение о ней.
— Нет, Маша, я это так не оставлю. Завтра же пойду к этой мадам на работу. Пусть не думает, что я ей без боя отдам своего мальчика… Какая Катя была хорошая девочка. Умница, красавица. Так нет же… дотянул. Девчонка не стала ждать, пока он ей сделает предложение. Правильно года идут. Вышла замуж. — Софья Михайловна опять всплакнула.
— Машунь, пошли со мной завтра. Мне нужна твоя поддержка. — капризно произнесла она.
— Не… неее. неее. Я не пойду. Тебе тоже не советую. Макар уже взрослый мальчик, пусть сам решает. Да и по твоим словам, он выбрал себе не восемнадцатилетнюю девчонку. Что ты ей скажешь? Поговори сначала с сыном. — начала отнекиваться Мария. Зная характер племянника, она прекрасно понимала, что если Макар решит, то будет так, как он сказал.
— Если раньше он ко мне приходил на ужин постоянно, то сейчас я только слышу его голос по телефону. Ему постоянно некогда. Маша, я забыла как сын выглядит. Ой, чувствует мое материнское сердце, что эта девка в него клещами вцепилась… Даже не уговаривай меня, завтра пойду к ней. Мне как раз нужен мастер, чтобы отрегулировал окно в спальне. Заодно пообщаюсь с этой Олей. — категорично заявила Софья.
— Ни пуха тебе Сонечка… — со вздохом произнесла Мария. — Только смотри там поаккуратнее… А то я тебя знаю.…
Жизнь потихоньку начала налаживаться. После стационара, мама стала чувствовать намного лучше. Появился аппетит, настроение. Ольга стала больше проводить времени на своем рабочем месте. Мама, собрав свои вещи, переехала обратно к себе домой. Тем более у дочери появился новый кавалер и он очень нравился маме. Одна только мысль о выбранной профессии врача,..грела душу. А после того, как ее пролечили в стационаре, так вообще зауважала Макара.
Отношения с Макаром развивались стремительно. Не прошло и двух месяцев, а он уже иногда оставался ночевать у Ольги. Все, что сейчас происходило в ее жизни, ей опредено нравилось. Ольга ловила себя на мысли, что с таким человеком, как Макар она бы с удовольствием связала свою дальнейшую судьбу. Последнее время она просто летала на крыльях любви, получая от жизни огромное количество положительных эмоций.
— Здравствуйте.
В кабинет к ней зашла приятная ухоженная женщина. Она производила впечатление здравомыслящей и рассудительной дамы.
— Здравствуйте. Проходите.
Ольга привыкла, что к ней часто заходят заказчики. Кто с благодарностью. Кто с претензией на несоответствующее качество выполненной работы.
— Я мама Макара.
Ольга посмотрела на женщину еще раз. В груди шевельнулось беспокойство. По ее лицу было видно, что разговор будет долгий и не очень приятный. Посмотрев ей прямо в глаза, Ольга ощутила нехорошее предчувствие, которое она гнала прочь, а оно никуда не исчезало.
— Проходите. — улыбаясь, Ольга показала ей рукой на стул.
— Присаживайтесь. Как я поняла, разговор у нас с вами будет долгий и непростой. — тяжело вздохнув, Ольга убрала в сторону документы.
Глава 14
Софья Михайловна села на стул, несколько минут молча посидела. Расстегнула пальто, сняла с шеи платок. Все это делала не спеша, с какой то трогательной заботливостью к самой себе.
Ольга старалась держать себя как обычно, заискивать перед мамой Макара она не собиралась. Подумаешь какая фифа. Ольге совершенно не хотелось с ней общаться. Если она встречается с ее с сыном, то это еще ни о чем не говорит. Руку и сердце ей никто не предлагал. Встречаться можно годами, но при этом никогда не добраться до ЗАГСА.
В какой то момент Ольга почувствовала на себе пристальный взгляд Софьи Михайловны. Она рассматривала ее так, как будто под микроскопом искала изъян, но к ее глубочайшему сожалению ничего не находила.