— Главное про свой новомодный изолятор в полиции не сказал, иначе точно бы перегнул палку.
— Если я ушел в отставку, это еще не значит, что не скучаю по работе.
— Мне пора. Впереди три долгих дня работы.
— Конечно! Все было очень вкусным, солнышко. Спасибо, что поддерживаешь меня.
— Всегда, дедуль. Мы всегда есть друг у друга.
Я поцеловала его в щеку и побежала в комнату.
Схватив чистое белье и полотенце из шкафа, я рванула в ванну и за считанные минуты приняла душ. Пока я собиралась, на телефон пришли сообщения от Светы и Паши, но я усердно сушила голову, а потом пыталась натянуть ремень на шорты так, чтобы они не падали. Возможно, мне нужно прикупить вещи на размер меньше, чтобы не ходить как в мешке.
Уходя, я забежала в гостиную. Папа сидел на диване в гостиной и что-то усердно печатал в телефоне.
— Долго провозилась с завтраком?
— И с душем. До вечера!
— Ты ведь пока никуда не собираешься уезжать?
— В ближайшее время никуда еду. Назначено много встреч. Нужно обговорить все вопросы по поводу...
— Пожалуйста, не продолжай. Я все равно в этом ничего не пониманию.
— Знаю, поэтому и говорю. Интересно наблюдать за твоей физиономией.
Благо, что автобусная остановка находилась в нескольких шагах от дома и мне не приходилось сломя голову нестись по улице. В такую жару — она в этом году совершенно никого не щадит — бегать и потом сидеть в душном автобусе не сулит ничего хорошо. Удивительно, как я еще не заработала себе солнечный удар.
Автобус подъехал переполненным. Я едва забралась во внутрь и всю дорогу стояла зажатой между двумя тучными женщинами. Спасало только открытое возле меня окно и громкая музыка в ушах.
Глава 8
В кофейне играла нежная мелодия. До прихода посетителей ребята ставили классику, поскольку она отчего-то подготавливала их к тяжелому рабочему дню. Наше помещение полностью было отделано красным кирпичом, а все столики и большая барная стойка — из светлого дуба. На окнах стояли всевозможные цветы, о которых каждый из нас заботился и стены украшали различные картины и фотографии.
Преимущество кофейне в том, что ее открыли в самом центре города и сюда заходили люди всех возрастов. Мы предоставляли отличное меню как для взрослых, так и для детей, имелись запасы неплохих алкогольных напитков и по вечерам они особенно пользовались спросом у завсегдатаев.
— Доброе утро, плюшка! — прокричала Ксюша с другого конца, протирая стол. Я послала ей воздушный поцелуй и вошла в раздевалку.
Внутри уже стояла Света. Разъяренная и взъерошенная.
— Почему не отвечаешь на мои сообщения? Я все утро тебе пишу, — рявкнула подруга. Кто-то явно был не в настроении.
— Я еще не проверяла свой мобильник.
Света грубо завязала фартук на талии и чуть ли не вырывая волосы, собрала их в хвост.
— Я его ненавижу! Вчера я ушла из дома и ночевала в чертовом отеле.
Я взяла свой фартук, обеспокоенно посмотрев на нее.
— Кого ты ненавидишь и почему ушла из дома?
— Этот ублюдок поцеловал девушку вчера на вечеринке, — казалось, подруга едва выдавливала эти слова.
— Паша?
Света посмотрела на дверь, задумавшись на секунду о своем, после чего резко захлопнула железный шкафчик.
— Меня не было буквально пару минут: ходила за соком. Вернулась, смотрю, на Паше какая-то девица весит. Все бы ничего, если бы она не поцеловала его, а он ответил! — закричала она. Крик быстро сменился рыданиями. — Я просто плеснула напитки в их сторону. Зная, что он начал бы оправдываться будь я дома, сразу поехала в отель. Я же все видела своими глазами, Ева! Почему он не оттолкнул ее, не сказал, что у него есть любимая девушка?
Телефон Светы засветился у нее в руках, оповещая о пропущенном звонке.
— Ублюдок! — сказала она и закричав, бросила телефон что есть мочи. Он с треском ударился об стену. Сама же Света была так разгневана, что с трудом держала себя в руках. В голове не укладывались ее слова.
— Пойдем присядем, милая. Тебе нужно выдохнуть.
Я взяла подругу за руку и вместе с ней села на маленький диван.
— Я не знаю, что чувствую. И страх, и боль, и ярость. Все так перемешалось. Почему он так поступил со мной?
Меня будто парализовало. Я мало понимаю, что Паша натворил, но ударить его все-таки хотелось. Просто потому, что боль причиняет. Мысль о том, что твой парень будет прикасаться к другой девушке приводила в ярость, не говоря уже о поцелуе.
— Тебе нужно выслушать Пашу, милая, — прошептала я, пока моя майка медленно становилась мокрой.
— Ни за что. Не хочу и слышать.
— Хорошо, тебе нужно время. Давай ты поедешь ко мне домой, а вечером мы поговорим, как думаешь? Тебе не стоит сейчас работать.