— Не могу. Если буду сидеть просто так, то еще хлеще начну переживать. Работа поможет отвлечься.
Света поднялась и вытерла слезы. Тушь у нее растеклась, глаза опухли и стали красными. Самое больное было видеть ее разбитой. Я даже не могла ничего сказать. Мне хотелось послушать Пашу.
— Выглядишь не для работы. Тебе нужно сделать перерыв.
— А я, черт возьми, не хочу делать перерыв! Ты ничего об этом не знаешь и не понимаешь! Для тебя вообще это ничего не значит.
Я остолбенела. Расстраиваться из-за такого я не буду, но слова возвращают меня на два года назад. Перед глазами Матвей: сидит напротив Регины, держит меня за руку, а она в то время рассказывает о своей беременности. Жутко, честное слово. Хотелось вытошнить каждую минуту.
Кажется, Света поняла, что сморозила и остановилась передо мной.
— Блин, прости меня, малышка. Я не хотела.
— Все будет хорошо, Света. Тебе нужно время, чтобы переварить, — ответила я, вставав с дивана. Света застонала и закрыла лицо руками.
— Оно само вырвалось!
— Это не важно.
— Важно! Ты сама прошла через это.
— Речь сейчас не обо мне! Важно то, что случилось с тобой в данный момент. Если ты хочешь работать, то вперед.
Однако стоило нам сделать шаг, в комнату ворвался Паша. Оставалось желать лучшего, потому что вид у парня был ужасным. Под красными глазами залегли мешки, волосы торчали в разные стороны. Он даже футболку надел задом наперед.
Еще больше удивляюсь, когда Паша падает на колени перед Светой.
— Ради Бога, зайка, дай мне все тебе объяснить. Я прошу тебя, пожалуйста!
— Почему ты разрушаешь все это! Для этого мы строили наши отношения? Чтобы в один прекрасный момент все перечеркнуть?
— Ты знаешь, я не стал бы поступать так с тобой. Все было совсем не так, как ты видела. Свет, давай поговорим, пожалуйста.
— Я не нужна была тебе, когда ты целовал ее, — произнесла подруга, а парень скривился от боли.
Света оттолкнула его, посмотрела на меня и выбежала из раздевалки.
— Что за кошмар! — закричал Паша со всей силы
Паша не всхлипывал. Он молча качался из стороны в сторону. Я никогда не видела, как ломался Матвей, когда я ушла от него. И неужели он выглядел так же, как и Паша?
Я подошла к парню и тихонько положила руку ему на плечо. Приподняв голову, я все же заметила две мокрые дорожки у него на щеках. Мое сердце заныло. Тяжело смотреть на страдания мужчины.
— Я оттолкнул ее. Сказал, что у меня есть любимая девушка. Сказал, что собираюсь сделать ее своей женой.
— Света говорит, она висела на тебе.
— Я пытался оттолкнуть. Ничего не было. Она просто прижалась ко мне своими губами, и я сразу же отошел.
— Постой, ты хочешь сделать Свете предложение?
Паша достал из своего рюкзака красную бархатную коробочку.
— Вторую неделю таскаю с собой. Никак не могу собраться с мыслями. Я все же решился вчера сделать это, отвести ее к берегу и уже там предложить. Знаю же, Света не любит масштабное и грандиозное.
У этих двоих все действительно было серьезно.
— Если ты так сильно любишь ее, то вернешь. Сделаешь все что угодно, чтобы снова чувствовать Свету рядом с собой. Только она принимает твоих демонов, в этом ты уже убедился. Другу такую не найдешь, Паш.
Я видела. Слишком хорошо видела его любовь и привязанность.
Паша кивнул. Он громко шмыгнул и поднялся на ноги. Неловко постояв пару секунд, взглянул на меня.
— Ну, я..пойду. Спасибо тебе.
Я стояла посреди комнаты. За каких-то полчаса все перевернулось с ног на голову. Я снова очутилась в прошлом, затем попала в настоящее и оказалась в будущем. Если каждый новый день будет таким насыщенным и полным на события, вряд ли меня хватит надолго.
Я рухнула на диван и позволила сделать себе выдох. И только сейчас поняла, что не дышала.
Глава 9
Я быстро вошла на кухню и прикрепила новый заказ на миниатюрной магнитной доске. Света вошла следом. Несколько раз она пыталась закрепить листок, но он то и дело выпадал из рук. Света либо бегала от одного посетителя к другому, либо сидела в нашей раздевалке, рыдая навзрыд. В обед, я нашла ее в туалете, склонившуюся над унитазом. Ее тошнило так сильно, что она стонала и дрожала всем телом
Я вернулась в главный зал и встала за барную стойку. Раздражение брало вверх. Я кинула блокнот на деревянную поверхность и посмотрела на часы. До конца смены осталось еще три часа.