Глава 2
— Добро пожаловать, Сергей Иванович! — воскликнул высокий мужчина, встречая нас на борту самолета.
— Здравствуй, Арсений. Как жена? Дети? — папа пожал ему руку.
— Потихоньку. Поживаем лучше всех. Отправил жену и детей на отдых за границу, теперь совсем нарадоваться не могут!
Как же тут не улыбнешься. С недавних пор, Арсений, как привык называть его мой отец, был назначен личной охраной для нашей маленькой семьи. По некоторым непонятным мне причинам, прежний человек, который работал на папу несколько лет, был уволен. Я предполагала, что дело в украденных деньгах и распространении наркотиков, но для меня они были всего лишь слухами и никак иначе. Папа всегда находился под охраной, потому как являлся главным руководителем финансовой компании и постоянно перевозил с собой довольно значимые документы, которые, к примеру, не мог оставить в своем офисе. Я не владела точной информацией, связанной с его работой, однако точно знала, что компания заимела особый успех по всей стране за последние несколько лет, что не могло не привести к некоторым проблемам.
— Рад видеть Вас, мисс Ева. Поздравляю с двадцатилетием! Прекрасно выглядите.
С самого первого дня нашего знакомства мужчина начал называть меня «мисс Ева» лишь потому, что я очень мила и похожа на принцессу. Его доброта по отношению ко мне брала за душу.
— Благодарю, Арсений Павлович! Когда снова позвоните своим детям, передавайте им большое «привет» от меня.
— Обязательно. Мой сын, честно говоря, справляется о вас намного чаще, чем обо мне.
— Вздор! Я уверена, сын очень беспокоится о вашем самочувствии.
— Думайте как хотите, но каждое мое слово — правда. Могу процитировать его слова.
— Прошу вас, милый молодой человек, расскажите мне о его словах.
— Кхм, — откашлялся мужчина и положив руку на сердце, продолжил, — «Привет, па. Ты сегодня работаешь? Как поживает дочь твоего босса? Когда ты, наконец, скажешь, как ее зовут? Я не могу вечно смотреть на прекрасное лицо через какую-то фотокарточку. Ну ладно, пока, па. Люблю тебя».
Я засмеялась, а папа подхватил мой смех, усаживаясь на свое место. Стюардесса принесла нам воды.
— Боже мой, ваш сын просто чудо. Сколько ему лет?
— Едва исполнилось семнадцать. Он у нас тот еще юморист. Говорит все, что думает и иногда это крайне плохо сказывается на общении.
— Подростки все такие: говорят, что думают и делают то, что хотят, — заметил папа. Он раскинул руки в стороны и сделал такой вид, словно чертовски уверен в своих словах.
— Не все подростки такие. Ты вечно ровняешь всех под одну гребенку! — воскликнула я.
— Но это и не так плохо. Мой сын довольно открыт в общении с людьми и не скрывает своей симпатии или же злости. Может в легкую высказать.
— Весьма впечатляет. Мне нравятся такие люди.
— Прошу прощения, мисс! Года три назад вы были точно такой же, — проговорил папа, смеясь.
— О, папа, так может называть меня только Арсений!
— Да, Сергей Иванович, не стоит присваивать себе мои придуманные прозвища.
— А вы, я смотрю, оба, сдружились!
Мы дружно засмеялись, оставив легкий и приятный осадок на душе. Я понимала, что в присутствии личной охраны папа редко улыбается, показывая, тем самым, вид серьезного и довольно важного человека, коим он в действительности и являлся. Правда, порой хочется разрядить обстановку. Работа требует внимания, не спорю, но иногда просто необходимо побыть рассеянным и расслабленным.
Оставшиеся пару часов каждый занят своим делом. Папа и Арсений разговаривают между собой о важности того или иного документа, или же о каких-либо финансовых вопросах мировой важности. Я большую часть полета провожу за чтением первой попавшейся книги, слушаю музыку и стараюсь не думать о чем-то тяжелом.
Папа всякий раз старался сделать мой день рождения ярким и незабываемым. Каждый год устраивал какой-нибудь сюрприз, покупал кучу подарков и, что самое смешное, почти целый день носил меня у себя на спине. То было в детские годы, когда и рост у меня был меньше и вес, конечно же. С тех пор я достаточно вымахала и вряд ли у папы хватит сил проносить меня на себе весь день. Стоит отметить, что в свои сорок два он выглядит очень подтянутым и привлекательным мужчиной. Ежедневные занятия в тренажерном зале, который он установил в нашем новом доме на берегу моря, дают о себе знать.
Так, о чем я! После восемнадцати лет этот праздник перестал приносить мне радость, и подарки, которые я получала от родных и друзей, больше не казались мне такими уж прекрасными. Тогда мой мир потемнел, ведь первое время я ощущала, как неприятные чувства постепенно душат меня и оставить это казалось непосильным трудом. Бабушка говорила, что нам просто необходимо держать себя в руках, если мир раскалывается на мелкие кусочки. Жизнь прекращается только в том случае, если ты умираешь, а пока ты жив, то жив и твой мир. У тебя есть место во Вселенной, и ты все равно являешься чем-то важным в ней. Легко погрузиться в темноту, но вылезти из нее сложно. Она медленно поглощает тебя своими маленькими скользкими ручонками — бум! — и ты уже лежишь в глубокой яме, взирая на чистое голубое небо и пролетающие облака.