— Ты с этим справишься. Ты сильный человек. Я люблю тебя и буду рядом, слышишь?
Звучало все серьезно и выглядел он также. Я догадывалась о его чувствах, но признавать не хотела. Денис знал о наших с Матвеем отношениях и поступить как-то иначе не мог. Как ни говори, я поверила ему, вероятно, потому, что внутри ощущала тягу к парню, которого нельзя было любить.
— Ты уехал потому, что не смог признаться мне в правде и сказать, как любишь?
Денис кивает. Он отворачивается от меня, но я ловлю его лицо. Я глажу его по щеке и провожу линию по скулам, очерчивая каждый миллиметр лица. Он прижимает свою щеку к моей руке.
— Ты была так несчастна, Ева. Как будто тебе сердце вырвали. Я понимал, что если буду рядом с тобой, то стану напоминать о случившемся. А я не хотел делать тебе больно.
— Ты всегда напоминал мне о чем-то хорошем, Денис!
— Я встревал в судьбу.
— Встревал? Что это за слово такое? Ты, кажется, только и делал, что подбадривал мою жизнь. Разве не так?
— Я любил девушку своего друга. Понимаешь, как ужасно это звучит?
— Ты никогда не заявлял на меня свои права. Никогда не заходил за черту.
— Тысячу раз хотел, поверь мне.
— Судьба хотела иначе. Послушай, Денис, — начала я, — я всегда буду считать тебя лучшим человеком на этой земле, потому что еще никогда в жизни не встречала такого, как ты. Ты знаешь толк в дружбе, ты любишь всем сердцем, какие бы ситуации не происходили вокруг. Если ты и встревал в мою жизнь, то только из лучших побуждений.
Я не могла ответить ему тремя простыми словами. Они давались мне тяжело. Я бросала их на ветер, думая, что они значат так много для Матвея, когда на самом деле он даже не задумывался о них.
Денис улыбнулся.
— Где-то в глубине души ты тоже меня любишь.
Я пожала плечами. Денис устало зевнул и взяв меня за руку, положил голову на мое плечо.
Помню, когда мы ехали домой с оздоровительного санатория, в который нас отправили на каникулы из школы, в автобусе мы сели вместе. Матвей поехать не захотел, а Регине санатории вообще не нравились. День у нас был загруженный и вечером, уставшие и голодные, возвращаясь домой, я почувствовала тяжесть на своем плече. Я улыбнулась, покраснела и покрылась мурашками. Наверное, тогда я поняла, что Денис мне начала нравится.
Сидя с ним все это время создавалось впечатление, что не было долгой разлуки. Стало быть, во всем причастна наша с ним связь. И что-то определено свело нас вновь.
***
— Спасибо, что подвез меня.
У нас было только пару часов и за это время я успела привыкнуть к его присутствию. Он был рядом, тот самый настоящий парень, до которого можно дотронуться, а не думать о нем.
— Плевое дело.
— Ты еще долго пробудешь в городе?
Денис пожимает плечами. Он засунул руки в карманы и нервно шаркал носком обуви по земле.
— Все чаще стал замечать, что сидеть на одном месте не доставляет удовольствия.
— Ты никогда не мог усидеть на месте. Постоянно куда-то ездил и что-то делал.
— Верно подмечено!
Мы засмеялись. Впервые за этот вечер мы засмеялись. Его смех не изменился, остался таким же бархатистым. Он обнажил свои ямочками и мне жутко захотелось потрогать их.
— Даже если это случайность, я все равно рад, что ты тогда шла по той улице.
Его глаза потеплели. Он подошел ближе ко мне.
— Возможно, я снова исчезну из твоей жизни. Сделаю больно.
— Почему? Укатишь на своем байке в поисках лекарства для успокоения души?
— Может быть, останусь. Захвачу твое сердце, и ты влюбишься в меня.
— Влюблюсь? В смысле, бабочки в животе, объятия и поцелуи?