— Именно! Но даже если я исчезну, я должен кое-что сделать.
Денис поднял на меня глаза. Вынув руки из карманов, он коснулся моих плеч и медленно провел по ним вниз, переплетая наши пальцы. Затем он медленно притягивает меня к своей груди.
— Что ты делаешь, Денис?
Ответа не последовало. Я разве что успела моргнуть, когда его губы прижались к моим за долю секунду. Все вокруг вспыхнуло ярким пламенем. Даже не задумываясь я ответила на поцелуй, положив руки на его шею и крепко прижимаясь к твердому мужскому телу. Мне вдруг понравилось ощущать мягкость губ, вкус мятной жвачки, которую Денис так любил. Понравилось сплетение чего-то неизвестного, романтического и столь интимного.
Денис оторвался от меня, а я еще мгновение стояла с закрытыми глазами, прокручивая случившееся. Множество порывов, которые я старательно подавляла, окончательно вырвались наружу. Через четыре года знакомства и непонятной дружбы — Денис меня поцеловал. Я сглотнула, попытавшись спокойно выдохнуть, что не увенчалось успехов.
— Просто захотелось, — сказал Денис еще раз чмокнув меня в губы. В его глазах — чистой воды наслаждение.
Я провела пальцами по его губам, завороженно наблюдая за их пухлой формой и вишневым цветом. Придется оставить попытку успокоить свое сердце на потом, все равно ничего не получается. Голова идет кругом. Если поцелуй вызвал во мне столько эмоций, что же будет, если я позволю Денису быть рядом с собой каждый день?
— Я рада, что случайность снова нас свела, — прошептала я, отстранившись. Денис ловко уселся на байк, хотя отпускать мне его уже не хотелось.
— Я все помню, Ева. Этот поцелуй не просто мимолетное влечение. Пусть я буду чертовым эгоистом, но я безумно тебя хочу. Только тебя, потому что мое сердце, больше никогда никого не полюбит. Ты чувствуешь то же самое, не противься, послушай себя.
Денис оттолкнулся от земли и покатил в сторону дороги.
Я осталась стоять на месте. Да, я чувствую это. Он умеет признавать самого себя, а я просто борюсь с настоящей версией себя.
Я осталась стоять на месте. Он умеет принимать себя и свои мысли такими, какие они есть, а я постоянно борюсь за правду, которая в действительно всегда жила внутри меня.
Можно сделать вывод: любовь убивает, но она же и делает тебя живым человеком.
Глава 17
— А где ты вчера была? — папа появляется на кухне. На нем спортивные штаны и просторная белая майка, пропитавшаяся потом. Снова из тренажерного зала не выходит.
Я засовываю в рот ложку с хлопьями и долго жую, глядя в телевизор. Папа пьет воду, не отрывая своих глаз от меня. Ничего не могу поделать — перед взором предстает наш спор, а я всегда тяжело переживала любое недопонимание.
— Хватит на меня дуться. Ты же знаешь, что я все это не со зла сказал.
Убираю мокрые пряди с лица и засовываю еще одну ложку хлопьев. Ну, правда, кто может не любить хлопья с молоком? Это же самое лучшее, что могли придумать.
Папа щелкает пальцами возле моего лица. Проявлять равнодушие я не умею, все равно эмоции прочесть легко.
— Я на тебя не дуюсь, пап, — отвечаю я, вставая изо стола. Наливаю себе апельсинового сока и снова устраиваюсь на стуле.
— Тогда почему ты со мной не разговариваешь? Почему тебя не было дома?
— Мне нужно было все обдумать.
— И как дела?
— Так себе. Иногда все, что касается тебя, строго засекречено и находится под семью печатями.
— Когда мы откопаем информацию об этих людях, я все тебе расскажу.
Я посмотрела на папу.
— Я тебя только об одном прошу: не закрывай мою жизнь на замок. Позволь мне пробовать и ошибаться. Пусть за мной слоняется охрана, если тебе от этого лучше, но если я захочу рвануть в другую страну, чтобы посмотреть, скажем, на Ниагарский водопад, то я уеду.
Он задумывается о моих словах, но ответа никакого не следует.
— Ты обещал, что твоя работа не будет стоять поперек моего горла. А теперь все буквально именно так.
Мы оба морщимся от нахлынувшей неприятности.
— Так где же ты все-таки была? — папа садится напротив.
— Колись уже, Андрей, наверное, все тебе рассказал.
— Просто сказал, что ты гуляла.
— Вроде того.
— С кем ты гуляла?..
Папа не угомонится. Нет, правда, он будет спрашивать об этом тысячу раз.
— Со старым другом.
— С Денисом?
Я шумно усмехаюсь и чувствую нарастающую злость.
— А говоришь, что Андрей ничего тебе не сказал! Ты не думаешь, что иногда заходишь слишком далеко? Ну прямо слишком!
— Не хочу, чтобы кто-то сделал тебе плохо.
— Послушай, мне никто не сделает больно. Теперь точно никто. Денис никогда меня не обижал.