— Как?
— Идеально! Могу выдвинуть вердикт.
— Валяй.
— У тебя замечательная фигура, Ева. Ну и дыньки отменные, здесь даже слов не найдешь!
— Придурок! — я прохожу мимо одного телохранителя, придвигаясь к Андрею. Он смеется, и я не могу не последовать за заливистым хохотом. Возможно, сейчас нам нужно больше шуток, чтобы совсем не сойти с ума из-за проблем. Сама того не ожидая, я обхватываю Андрея за шею и прижимаю к себе, в то время как его руки ложатся на мою голую спину. Сейчас от него веяло силой и надежностью. И я впервые это ощутила.
***
— Слишком шикарно, — говорю я, когда мы с Андреем входим в ресторан.
Озираясь по сторонам, наблюдаю за пришедшими женщинами в роскошных платьях и мужчинами, разодетых в безупречные смокинги. Ужин в одной из частей, проходит под открытым небом, поэтому можно наслаждаться медленно скрывающимся за горизонтом солнцем, и небом, которое удивительно окрашивалось в красно-оранжевые оттенки. Казалось бы, ничего плохого — обычный вечер из жизни высшего общества. Однако он был мне чужд. Я не любительница показухи, мне это совершенно ни к чему. Так что ответить на вопрос «какого черта я вообще согласилась приезжать сюда?», у меня не получается. Для чего-то же я здесь стою, вхожу в число приглашенных людей, являюсь подругой Саши.
В ресторане два больших арендованных зала: один находится внутри, наполовину открытый и более вместительный, а другой — выходит на террасу, где сидят более молодые представители богатого мира. На каждом столике расставлены ламинированные подставки с именами, что позволяет быстрее найти свое место. Вместе со мной посадили Андрея, специально или нет — я не знаю, но это облегчит мое пребывание здесь. Контактировать с молодежью я не хотела.
Сам ресторан представлялся в стиле ампир. Дорогая мебель, сделанная из различных пород дерева, массивные светильники, тяжелые портьеры из бархата, статуэтки, определенно, из натуральных камней, обилие зеркал с позолоченными рамами. Потолок был украшен простыми формами лепнины, напоминающие геометрические фигуры, что более ясно подчеркивало стены, выкрашенные белой однотонной краской.
Андрей хлопает меня по руке.
— Я думал, ты к такому привыкла.
— Папа брал меня на такой ужин один раз. Едва мозг не взорвался.
— Много болтали ни о чем?
— Представь себе маленькую девчушку, которой нужно было слушать что-то об экономике и прочей ерунде.
Он усмехается. Я бросаю взгляд на компанию ребят, сидящих чуть поодаль от нас. Их четверо и все они весело разговаривали, склонившись друг к другу. Один из девушек замечает меня, толкает своих приятелей, и все вдруг обращаются в нашу сторону, вежливо кивая. Это так принято или я чего-то не понимала?
— Огромная семейка Громовых. Ты знала, что вся собравшаяся здесь молодежь — друзья Саши? Не зря же вам выделили целую террасу.
Здесь около десяти широких столов и все они целиком и полностью забиты сидящими ребятами. Саша общительный и открытый парень, не удивительно, что людей много. Также я замечаю вокруг террасы охрану, которая мирно пристроилась по краям.
— Самого Саши нет. Может, у меня еще есть время уйти? Не нравится мне все это.
— Успокойся. Мы ненадолго... О-ой, твой отец идет к нам.
Резко поворачиваюсь назад. Папа жмет руку какому-то человеку и проходит дальше, намеренно шагая прямо на меня.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нельзя так делать. Сначала бросить меня в обычную жизнь, а потом таскать по своим благотворительным вечерам с помолвкой в бонусе. И думать, что все пройдет нормально. Ты бы мне хоть сказал, кто есть кто, — нервно бурчу я, заправив локоны за уши. Чувствую, как щеки заливает краска от обращенных к нам взглядам. Папу все знают, а таинственную девушку рядом с ним — никто.
— Ты была не против.
— Я не знала, что будет так... масштабно.
Папа берет меня за руку и быстро ее целует. Я все еще злюсь на него из-за своей работы, но на людях этого показывать не стану. Лишние разговоры не приведут к чему-то хорошему.
— Познакомься с кем-нибудь из здешнего круга. Не все так плохо.
После чего он уходит, а Арсений обращается к Андрею:
— Дай знать, когда решите уйти. У нас был хвост.
— Чего? — удивляется Андрей.
— Мы знаем, кто угрожает Сергею. Прочитай сообщение.
Арсений уходит, оставив после себя ужасный шлейф пугающей неизвестности, которая заставляет меня напрячься.
— И что это значит?
— Для тебя ничего не значит.
Андрей делает большой глоток из своего бокала, а второй пододвигает ко мне.
— Вот, выпей.
Позволяю себе расслабиться, делая медленные глотки вкусного шампанского. Андрей то и дело вертит на своей кисти кожаный браслет, умиротворенно глядя на окружающих нас людей, слушая громкие разговоры и легкую музыку.