— Солнышко, — испуганно произнес Владимир и опустился рядом со мной. — Было же все нормально, зачем ты все портишь!
Я не могла поверить, что он сказал это после того, как пытался меня задушить. Хотя у него, вероятно, получилось, потому что легкие отказывались принимать воздух. Почувствовав металлический вкус в горле, я поняла, что кровь идет не только из носа, но и где-то внутри. Этот наркоман что-то сделал со мной.
Перед глазами виделись Андрей и Денис. Они стояли возле меня и тепло улыбались. Я видела любовь в их глазах. Мне хотелось этой любви. До глубины души хотелось снова ощутить их присутствие и любовь. Но я не могла.
Тьма окончательно взяла вверх, и я последовала за ней.
Глава 30
Надо ценить моменты. Мы живем в определенном промежутке, но не принимаем его в полной мере, не наслаждаемся им. Поэтому сейчас я понимаю, что моя жизнь до смерти бабушка была счастливой. Оно измерялось крохотными ценностями, мелочами, словами и поступками, которые действительно приводили душу в приятный восторг.
Нельзя утрачивать это самое счастье. Нельзя просыпаться в больничной палате, где белый полоток будет резать глаза, руки сковывать множество систем, а в горле стоять трубка. Если с тобой происходит несчастный случай, ты не воспринимаешь его так горько, потому что рано или поздно с тобой все будет хорошо. Но когда ты страдаешь от рук грязного человека, вряд ли потом сможем спокойно жить.
Я ничего не видела. Плыла по темному пространству, пока передо мной не появилось белое пятно. Сил было мало. Я повертела головой, оглядев палату.
Я все-таки умерла? Нахожусь в раю и стала ангелом?
Дверь в палату открывается. Входит медсестра и заметив, что я очнулась, улыбается.
— Доброе утро, моя хорошая. Как себя чувствуешь?
Я выжила. Вот почему внутри меня была пустота. Нет радости от пробуждения. Я все равно чувствовала себя мертвой.
Из-за трубки говорить невозможно, поэтому я пожимаю плечами.
— Оцени боль от одного до десяти. Так будет понятнее.
Показываю пять пальцев. Затем прислушиваюсь к своему телу и добавляю еще два пальца.
— Отлично. Я сделаю тебе еще обезболивающее и успокоительное. Доктор скоро придет осмотреть тебя, возможно, уберет трубку. А теперь расслабься и отдохни, хорошо, миленькая? Ты очень сильная девочка, поверь мне.
Закрываю глаза. Медсестра делает укол, гладит меня по ладошке и уходит. Через несколько секунд меня снова клонит в сон. Прекрасное действие успокоительного препарата уносит меня в другой мир.
***
Слышу всхлипывания. Короткие вдохи. Шмыганье носом. Шелест пакетов. Чего только не слышу. Кажется, будто все это делается возле моего уха. Пальцами хватаюсь за простыню и медленно поворачиваю голову на звук. Трубка из горла исчезла и я тяжело сглатываю, ощущая жжение.
— Ева? — голос раздается совсем рядом. Кто-то целует меня в лоб и гладит по щеке. Кожа грубая, напоминает прикосновение того наркомана, отчего я вдруг распахиваю глаза и судорожно пытаюсь откинуть от себя чужие руки. — Ева, это я. Дорогая, я здесь.
Папа наклоняется ближе, чтобы я могла увидеть его. До чего же красные у него глаза. Она снова целует меня в лоб и кладет голову возле моего плеча. Я запускаю свободную руку в его волосы и мягко глажу их, слушая мучительные всхлипывания. Только я подумаю о Владимире, на меня накатывает волна страха. Кожа покрывается мурашками, а волосы встают дыбом.
— Андрей и Денис живы? — из меня вырывается что-то похожее на хрип.
— Андрей сейчас находится в коме, но прогнозы благоприятные. У него серьезная черепно-мозговая травма, ушибы, переломы. Ему досталось больше всего. Денис в сознании, но очень слаб, — он сдерживает паузу, сглотнув. — Из-за того, что тебя душили, произошла травма трахеи, но все хорошо. Вы живы и это главное.
— Андрей был без сознания очень долго.
Я помню, как он, привалившись к стене, сидел с закрытыми глазами, а его грудь совершенно не поднималась. Он не дышал. Ничего не показывало о возможных признаках жизни. А Денис вовсе сидел весь в крови так, что не было видно отдельного участка чистой кожи. Насколько сильно их избивали я не знала, но точно помнила, какие удары наносили мне. В живот, грудь, спину. Ноги, в конце концов, которые сейчас ныли так, словно по ним били железными палками.
— Как я оказалась здесь? — в конец обессилев я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
— Чем ты думала, когда решила сбежать? К тому же держала в руках чертов пистолет! Ты не смогла бы спасти Андрея в одиночку. Посмотри, чем все это закончилось!
— Могло бы вообще не закончится.
— Десять часов. Я искал тебя десять часов и успел сойти с ума. Не получалось найти тебя даже по телефону. Мы задействовали полицию, наплевав на все. Сначала Арсений не мог дозвониться до Андрея — в это время я уже искал тебя — затем Женя не могу найти Дениса, так как тот как будто сквозь землю провалился. Про дом Андрея подумали в последнюю очередь, но, когда поняли, что вы можете оказаться там, полиция уже направлялась туда, — папа остановился и горько всхлипнул. — Ты лежала на полу в собственной крови. У тебя на шее следы от его пальцев.