Эдди торопливо зашагал ко входу в дом, теребя в руках конверт, похожий на те, в которых присылают официальные повестки. Мистер Гонт позвонил ему минут десять назад и напомнил, что пора расплатиться за медальон. И вот Эдди здесь... Мистер Гонт из тех людей, которые если уж сказали гоп! - надо прыгать.
Эдди поднялся на три ступеньки крыльца. Над дверью позванивали на легком ветерке колокольчики, звук вполне мирный и отнюдь не тревожный, но даже он заставил Эдди вздрогнуть. Он снова оглянулся, никого не увидел и посмотрел на конверт. Письмо было адресовано миссис Патриции Чалмерс - смазливой задаваке. Эдди понятия не имел, что полное имя Полли - Патриция, и ему было на это наплевать в самой высокой степени. Его дело выполнить просьбу мистера Гонта и уматывать.
Он бросил конверт в щель и тот упал на почту, уже лежавшую на полу: два каталога и программа телевидения. Обычный конверт с указанием адреса Полли и ее имени между почтовой маркой в правом верхнем углу и обратным адресом в левом:
Отдел социального обеспечения детей и подростков Сан-Франциско 666 Гэри Стрит Сан-Франциско, Калифорния 94112
3
- Что случилось? - спросил Алан, когда они с Полли шли по кладбищенской дорожке к его автомобилю. Он хотел перемолвиться парой слов с Норрисом, но тот уже удрал на своем "фольксвагене" скорее всего снова на озеро, чтобы успеть порыбачить до захода солнца.
Полли все еще была бледна, глаза красные, но уже улыбалась.
- Что случилось с кем?
- Не с кем, а с чем? С твоими руками. Каким образом им стало лучше? Прямо чудо какое-то.
- Да, - Полли вытянула руки и раздвинула пальцы веером, демонстрируя свои достижения Алану. - Действительно чудо.
Пальцы по-прежнему были искривлены и суставы оставались распухшими, но отек, такой явный еще в пятницу, прошел совсем.
- Ну, милая дама, докладывайте.
- Знаешь, я не уверена, что надо это рассказывать. Я сама растеряна, честное слово.
Они остановились и помахали Резали Дрейк, проехавшей мимо в своей старой синей "тойоте".
- Давай, давай, - подзадоривал Алан. - Раскалывайся.
- Ну ладно, - согласилась Полли. - Вероятно, я просто-напросто набрела на хорошего доктора. - Она слегка покраснела.
- И кто же он?
- Доктор Гонт, - сказала Полли, коротко и несколько нервно хохотнув. - Доктор Лилэнд Гонт.
- Гонт?! - Алан смотрел на нее с недоумением. - Что же он такое сделал с твоими руками?
- Отвези меня к нему в магазин, а я по дороге все расскажу.
4
Пять минут спустя (самое приятное в жизни Касл Рок, как считал Алан, то, что все находится не более чем в пяти минутах езды) он остановил машину у входа в магазин Нужные Вещи. В витрине висело объявление, которое Алан уже видел раньше:
ПО ВТОРНИКАМ И ЧЕТВЕРГАМ ТОЛЬКО ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ДОГОВОРЕННОСТИ
Алану внезапно пришло в голову (об этом не он один уже успел подумать), что держать магазин закрытым и принимать посетителей только по предварительной договоренности - довольно странный обычай в маленьких городах.
- Алан? - с тревогой обратилась к нему Полли. - С тобой что-то происходит.
- Вовсе нет, - ответил он. - Ничего со мной не происходит. И что, собственно, со мной может происходить? На самом деле я и сам толком не пойму, что со мной. Кажется... - Он коротко рассмеялся, покачал головой и продолжил, - кажется, со мной происходит то, что Тодд когда-то называл "прикол". Знахарство! Вот никогда бы не подумал, что ты на это клюнешь, Полли.
Она поджала губы, и когда повернулась к нему лицом, он прочел в ее глазах предупреждение.
- Я бы не употребляла здесь слово "знахарство". Знахарство для дураков и неудачников, читающих приложение к журналу "Взгляд в себя". Не стоит употреблять это слово по отношению к лекарству, которое срабатывает. Разве я не права?
Алан раскрыл рот, чтобы сказать "Нет, впрочем, я не уверен", но Полли продолжала, прежде чем он смог произнести хоть слово.
- Посмотри. - Она протянула руки к свету, струящемуся сквозь ветровое стекло, и легко, без всякого усилия, сжала и разжала пальцы несколько раз.
- Конечно. Я подобрал неверное слово. Только я хотел...
- Да, именно. Ты подобрал неверное слово.
- Прости.
Полли повернулась к нему всем телом, сидя на том месте, где обычно сидела Энни, в той машине, которая когда-то принадлежала их семье. "Почему я до сих пор не продал эту тачку? - думал Алан. - Совсем что ли с ума спятил?". Полли нежно положила ладони на руки Алана.
- Знаешь, это становится небезопасным. Мы никогда с тобой не ссорились, и я не собираюсь начинать. И отношения со своим добрым приятелем я тоже портить не желаю.
Алан ехидно улыбнулся.
- Так вот, значит, кто я для тебя. Добрый приятель.
- Нет, конечно нет. Ты - мой друг. Так я могу сказать?
Он крепко обнял ее. Надо же, они чуть было не разругались. И не потому, что ей стало хуже, а наоборот, потому что гораздо лучше.
- Милая моя, ты можешь говорить как хочешь. Я тебя все равно ужасно люблю.
- И мы не будем с тобой ссориться ни по какому поводу?
Он с готовностью кивнул.
- Ни по какому.
- Я ведь тоже очень сильно тебя люблю, Алан.
Он поцеловал ее в щеку и отпустил.
- Дай-ка мне взглянуть на эту ашку, которую он тебе дал.
- Не ашка, азка. И не дал, а предложил на деловых условиях. На пробу. Поэтому я сюда теперь и приехала. Хочу купить. Это я тебе уже говорила. Надеюсь, он не заломит сказочную цену.
Алан посмотрел еще раз на объявление в витрине, на опущенные шторы и подумал: "Боюсь, дорогая, именно такую цену он и заломит".
Все это ему очень не нравилось. Он наблюдал за Полли в течение похорон, не отрывал взгляда от ее рук. Видел, как легко она щелкнула замочком сумочки, как бездумно шарила в ней в поисках носового платка, как потом тот же замок закрывала - кончиками пальцев вместо того, чтобы прижимать к телу и надавливать тыльной стороной больших пальцев, которые всегда болели меньше остальных. Он видел, понимал, что рукам ее действительно гораздо лучше, но весь этот рассказ о волшебстве, о чародействе - а как еще это можно назвать, если не облекать в более интеллигентную словесную оболочку - очень его обеспокоил. От всего этого теряешь уверенность в себе, почва из-под ног уплывает.