- Разве... разве это важно?
- Полли, - мягко произнес он. - Я уверен, все кончится хорошо. Все кончится очень хорошо, если вы поверите мне. Вы мне верите?
- Да, - тихо сказала Полли, несмотря на то, что внутренний голос кричал, вопил, отчаянно пытался предупредить о чем-то. - Я верю вам. Верю всей душой, что бы там не говорил Алан.
- Ну вот и прекрасно, - сказал Гонт. Он протянул руку и взял пальцы Полли. Лицо ее сморщилось в первый момент от отвращения, но тут же снова разгладилось и приобрело прежнее, отрешенное мечтательное выражение.
- Вот и прекрасно. И шериф понапрасну беспокоился. Ваш чек меня устроит полностью, как если бы это было золото.
6
Алан понимал, что опоздает, если не выставит на крышу мигалку. Но он не хотел этого делать. Он не собирался показываться Брайану Раску в полицейской машине, хотел приехать в обычной, привычной взгляду и не новой, похожей на ту, которую, вполне вероятно, водит отец мальчика.
Успеть к концу занятий он уже все равно не мог и поэтому остановил машину на перекрестке улиц Школьной и Мейн. Брайан скорее всего должен пойти этой дорогой, исходя из логики; Алан очень надеялся, что логика все же пробьет себе путь хоть раз сегодняшним жутким днем.
Он вышел из машины, прислонился к бамперу и пошарил в кармане в поисках жвачки. Разворачивая ее, он услышал трехчасовой звонок, прозвеневший со стороны средней школы Касл Рок, приглушенный, словно полусонный, в знойном воздухе.
Он решил поговорить с мистером Гонтом об Эйкроне, штат Огайо, как только закончится встреча с Брайаном Раском, если состоится вообще... но неожиданно передумал. Нет, пожалуй, он позвонит в прокуратуру Августы и попросит посмотреть в архиве, нет ли чего на мистера Лилэнда Гонта. Если там ничего не обнаружат, пошлет его данные в Вашингтон, пусть проверят на компьютере. Эти компьютеры, по мнению Алана, было единственное положительное достижение администрации Ричарда Никсона.
На улице появились первые ребятишки; они кричали, смеялись и тузили друг друга. Внезапно Алану пришла в голову мысль, и он открыл дверь машины. Протянув руку, открыл "бардачок" и стал рыться в куче всякого барахла. Оттуда выпала банка-дразнилка, принадлежавшая некогда Тодду.
Алан уже собирался отказаться от своей затеи, как вдруг нашел то, что искал. Тогда он захлопнул "бардачок" и пятясь выбрался из машины. В руках у него был небольшой конверт из ватманской бумаги, а на нем наклейка:
ФОКУС СО СКЛАДНЫМ БУКЕТОМ
Блэкстоун Мзджик
Ко. 19 Грир Стрит Патерсон,
Н. Дж.
Из конверта он достал еще меньший прямоугольник - набор цветной папиросной бумаги и просунул его под ремешок от часов. Всякий уважающий себя фокусник имеет на теле или одежде потайное местечко, каждый свое, любимое. Такое место у Алана было под ремешком для часов.
Позаботившись о знаменитых Цветочных букетах, Алан снова принялся терпеливо ждать Брайана Раска. Увидев велосипедиста, зигзагами обходящего малорослых и малолетних пешеходов, он сразу подтянулся. Но тут же узнал одного из близнецов Хонлонов и позволил себе расслабиться.
- Сбавьте скорость, а не то получите штрафной талон, - крикнул он мальчику, когда тот проезжал мимо. Хонлон удивленно оглянулся и чуть не наехал на дерево. Дальше он поехал уже не так быстро. Алан с улыбкой посмотрел ему вслед и снова занял позицию лицом к школе в ожидании Брайана Раска.
7
Сэлли Рэтклифф поднялась по лестнице из подвала, где располагался ее логопедный класс, на первый этаж и направилась по коридору к учительской. Прошло пять минут после звонка с последнего урока. Коридор быстро пустел, как всегда бывало в теплые солнечные дни. Со двора слышались веселые крики ребятни, разбегавшейся по автобусам N2 и 3, дремавшим в ожидании своих пассажиров у обочины. Низкие каблучки Сэлли постукивали, разнося эхо. В руке она держала конверт и прижимала его к высокой округлой груди именем адресата (Фрэнк Джуэтт) внутрь.
Остановившись у двери в класс N6, следующий за учительской, она заглянула сквозь рифленое стекло. Там, в классе, мистер Джуэтт беседовал с группой преподавателей физкультуры, которые вели занятия по осенним и зимним видам спорта. Фрэнк Джуэтт был человеком маленького роста и пухлым, всегда напоминавшим Сэлли мистера Уэзерби, главного героя комиксов Арчи. Так же как у мистера Уэзерби, очки у Фрэнка вечно сползали с носа.
По левую руку от него сидела Элис Тэннер, школьный секретарь, и делала пометки в блокноте. Почувствовав на себе взгляд, Фрэнк посмотрел на дверь и, заметив Сэлли, улыбнулся, забавно сморщив нос. Она помахала ему и заставила себя улыбнуться в ответ, с тоской вспоминая времена, когда улыбка давалась ей легко; молитва и улыбка две самые естественные потребности в жизни.
Один из учителей тоже повернул голову, чтобы узнать, куда смотрит их руководитель. То же самое сделала Элис Тэннер. Она тоже помахала Сэлли пальчиками и расплылась в сахаринно-приторной улыбке.
"Они все знают, - подумала Сэлли. - Знают, что наши отношения с Лестером стали историей. Ирен вчера была со мной так мила... так сочувствовала... и так радовалась, что едва умудрялась это скрыть. Стерва".
Сэлли улыбалась и чувствовала фальшь своей обычно скромной и обаятельной улыбки. "Чтоб тебя грузовик сбил по пути домой, вульгарная кукла", - пожелала в душе Сэлли и пошла дальше, постукивая каблуками.
Когда мистер Гонт позвонил ей сегодня во время перемены и сказал, что пора расплачиваться за священную деревяшку, Сэлли восприняла его слова с великим энтузиазмом и злорадным удовольствием. Она чувствовала, что шутка, которую ей предстоит сыграть с мистером Джуэттом, далеко не безобидна, и именно это ей нравилось. Такое у нее сегодня было настроение.
Она дотронулась до ручки двери, ведущей в учительскую, и... призадумалась.
"Что с тобой творится, - подумала вдруг Сэлли. - У тебя есть деревяшка, священная деревяшка, удивительный предмет со скрытым в нем столь же удивительным секретом. Разве подобные вещи не должны делать человека лучше, добрее? Спокойнее? Ближе к Господу Богу? А ты не становишься спокойнее и не чувствуешь никакой близости. Тебе, напротив, кажется, что кто-то набил твою голову колючей проволокой".