Теперь я его узнала. Это должно быть был господин Фауст, из Оггерсхайма. Иногда папа и он помогали друг другу, когда у них было слишком много заказов. Я уже несколько лет его не видела - и он должно быть думал, что я как и раньше, совершенно бесстрашно помогала папе в подвале.
- Всего хорошего для твоей мамы. И передай от меня привет твоему папе, да? Нам пора...
Его коллега коснулся приветственно лба. Медленно дверь начала закрываться и с грохотом захлопнулась. В тоже время свет в коридоре потух. Я стала искать на ощупь выключатель, в то время как я задыхалась. Два дня хранилось из-за вскрытия ... убийство? Они что, привезли жертву убийства?
Это всегда было для меня табу - клиенты, которых убили. Точно также как дети и жертвы серьезных аварий. Я помогла только с бабушками и дедушками, которые мирно заснули и знала, что их почти никогда не вскрывались, и что их доставляли «свежими».
Наконец-то я нашла выключатель, но свет не дал мне никакого утешения. Казалось он делал ситуацию даже более неизбежной. Мне было ясно, что нужно сделать. Папа и мама даже еще не приехали в больницу, и я ни в коем случае не могла вызвать папу назад. Он был сейчас нужен маме. Могло пройти несколько часов, пока они вернуться.
Но в одиночку я не смогу пройти через это. Не справлюсь.
- Леандер!? - крикнула я вопрошающе, но услышала только эхо моего собственного тонкого голоса. - Леандер! - Никакого ответа. Кричать в третий раз я не стала. Я слишком явно чувствовала, что его здесь больше не было.
Он точно в своей панике сбежал и коротал теперь свое время в парфюмерно-галантерейных и магазинах одежды - много там «одалживая».
На него я не могла рассчитывать. Позвонить моим ребятам я не осмеливалась - и папа не потерпит их в своем подвале.
Но был еще кое-кто другой, кто предложил мне свою помощь. Это последняя возможность, которая у меня была. И я ее использую.
Глава 6
Последний писк
- Софи, пожалуйста. Пожалуйста! Пожалуйста ... – О, как я ненавидела, когда мне приходилось упрашивать. Я никогда не смогу к этому привыкнуть. - Только этот один раз.
- Только этот один раз!? - завизжала она возмущенно в телефон, так что я отстранила немного мобильный от уха. - Я считаю, одного раза больше, чем достаточно. Кроме того мне сейчас нужно идти на джаз танцы и ...
- Ты сказала, если я захочу поговорить с девочкой, то могу на тебя рассчитывать!
- Поговорить! Поговорить, Люси, об одежде или парнях, а не приводить в порядок труп. Это абсолютно отвратительно и гадко!
- Парни тоже иногда такие.
- Ты права. Тем не менее, я встречаю их, когда они живые. Прежде всего у меня сейчас джазовые танцы и кроме того ... кроме того я не мою трупы!
- Софи, я боюсь делать это одна. Пожалуйста, помоги мне. - Софи несколько секунд молчала - для меня их хватило, чтобы проникнуться новой надеждой.
- А твой Леандер не может оказать тебе поддержку?
- Нет, он ушел. Не знаю куда. Он не доступен. - Это тоже была правда. Здесь больше никого не было.
- Извини, Люси. Я не могу сделать это. Мне уже страшно, когда я только иду по вашей лестнице вверх. - Голос Софи прозвучал так твердо, что я сдалась.
- Ладно. Понимаю. Тогда ... желаю хорошо провести время на танцах. - Я положила трубку. То, что Софи записалась на курс джазовых танцев, я даже не знала. Хотя такое было не для меня, я бы тут же начала им заниматься, только чтобы не делать здесь то, к чему все больше поджимало время. Прежде всего мне нужно начать снова дышать, не то потеряю сознание. Дрожа я набрала в легкие воздуха, только через рот, чтобы не чуять никакой вони, но запах формальдегида был подавляющим. И странным образом он не усилил мой страх, а заставил думать о папе. Да, этот запах я связывала с папой, потому что уже всегда, после длительных рабочих дней, он пах им.
Оцепенело я смотрела на серый, цинковый гроб, который стоял передо мной на полу. Поверх него господин Фауст положил связку вещей; наверное, одежда, которую выбрали родственники умершей. Обувь ей была не нужна; показывалась всегда только верхняя часть тела. Значит, она получит гроб с крышкой.
Наверное, это тот, у которого была фиолетового цвета внутренняя отделка из тафты и который уже стоял возле стены напротив; благородная модель из красного дерева, с дорогостоящей отделкой, стоимостью вероятно в несколько тысяч евро. Но сначала женщину нужно было переложить на носилки для препарирования.
Уже только это я не смогу сделать без посторонней помощи. Кончиками пальцев я приподняла первый слой одежды. Белая, кружевная блузка; под ней я нашла бархатный пиджак темно-синего цвета, шарф в горошек и твидовую юбку.