Как оказалось, не только эта телега ехала в то утро по своим делам. Ещё одна большая и несколько маленьких были расставлены по всему периметру Санто-Доминго. В назначенное время они и взорвались новогодними салютами, чем изрядно перепугали и всполошили жителей.
Почтенный идальго дон Хуан проснулся от жуткого грохота, выглянул в окно и увидел его любимый город в клубах чёрного дыма. Он немедленно отдал приказ задержать нарушителей спокойствия, и солдаты ринулись его исполнять.
Ребята встретились в указанной точке на пристани. Борис и я, а монахами в повозке были именно мы, остановились возле воды, остальные же прошли по пустынной части берега. Ребёнок всё время отставал и канючил, и какое-то время его пришлось нести на руках. Корабль мерно покачивался в гавани, Люггер* «Порто-Белло», красивое название. Невооружённым глазом было видно, как на палубе стоит часовой с оружием. Осталось только проникнуть на него, вырубить охрану и перегрузить колокол.
— Всё хорошо? – спросил я остальных.
Паша тащил с собой не только наши скромные пожитки, но и специально сбегал и выкопал мешок с награбленным.
— Отлично, мы установили телеги ещё в темноте, а потом я поджёг фитили, и ретировался. Правда с сеньорой Изольдой вышло маленькое недоразумение, - ответил профессор.
— Ну что там опять такое?
— Она нашла в Олиных вещах санбенито, и бросилась к солдатам, мы не смогли её остановить, а Роберту пришлось хорошенько врезать, и связать, чтобы он успокоился. Но я оставил ей презент от нашего имени.
— Что ещё за презент? – возмутился Павел.
— Из мешка с награбленным, золотой портсигар чудесной работы.
Паша бросился на него с кулаками, мы еле разняли их.
— Да как ты мог отдать мой портсигар!
— Вообще-то он не ваш, а Алексея.
— Тем более!
—Профессор, вы отдали мой портсигар? – укоризненно спросил я - ладно, времени мало, мы идём с Пашей и Борисом на люггер, а вы подкатите телегу максимально близко к кораблю, надо отвлечь охрану.
— Стой! Кто идёт!
Часовой вскинул ружьё и стал всматриваться в лица подошедших.
— По настоянию отца Эдуардо, надо загрузить этот колокол в Сантьяго. Его преподобие желает видеть его у себя на службе.
Люггер*, - небольшое двухмачтовое судно, использовалось для доставки пассажиров и писем. Экипаж 20-40 человек.
— Что за нелепица, никто не говорил, что будет ещё погрузка! А ну-ка говорите, зачем пожаловали? Или я вынужден буду открыть огонь!
— Да не кипятись ты, парень, вот бумажка, иди сюда и посмотри сам, - сказал профессор.
Тот с недоверием приказал двум матросам спустить трап и двинулся к телеге. Между тем мы забрались на борт с другой стороны, и незаметно вырубили других двух охранников, благо сила Бориса была нам хорошим подспорьем. Остальные матросы были в увольнении на берегу.
— Эй ты! А ну не смей направлять ружьё на женщин! – сказал я часовому и ударил его веслом по голове, отчего тут немедленно рухнул с трапа в воду.
Мы перекинули верёвку через мачту, и подцепили колокол. Совместными усилиями его удалось втащить на палубу.
Уже совсем рассвело, и на улице стали появляться первые люди. Рыбаки снаряжали свои лодки, чтобы выйти в море, и с любопытством поглядывали на нас и столь раннюю погрузку.
— Поторапливаемся ребята, у нас гости! – сказал Паша.
И действительно, к причалу бежали скорым маршем солдаты, кто-то встал на одно колено, прицелился и стал стрелять из мушкета. В толпе мы увидели дона Хуана и сеньору Изольду, оба яростно махали руками, а женщина размахивала санбенито, словно флагом.
— Кто у нас умеет управлять? Эх, жаль Томаса убили. Лёша! Вставай за штурвал! Отчаливаем!
Паша метался по кораблю, как заведённый, так и хотелось узнать, как с такими габаритами он может так быстро бегать, но времени для шуток не было.
Мы в спешке подняли якорь, вышвырнули за борт нескольких спящих матросов, найденных на нижней палубе, и подняли парус. Не зря я два месяца ходил по морю на пиратском барке.
Пули свистели у нас над головами, что даже приходилось прятаться за борта судна. Солдаты бежали по причалу, и стреляли изо всех орудий.
Корабль быстро набирал скорость и выходил из гавани. Но расслабляться было рано, в форте зажглись сигнальные огни, и заговорили пушки. Если мы пройдём бортом вдоль его батареи, то наш кораблик отправится на дно морское даже раньше, чем мы сами выпрыгнем за борт.