Слезы, навернувшиеся на глаза Риты, потекли по щекам.
— Я думала, что они — наказание за Аню и Диму. Мне стыдно, что я не смогла предугадать.
Лариса наклонилась вперед:
— Ты не можешь винить себя за это.
Рита боролась с желанием расплакаться на плече сестры:
— Я больше не хочу видеть эти серебристые застывшие маски.
— Мне очень жаль твою подругу. Прошлая ночь, должно быть, была адом. Ты хоть поспала немного? — Рита кивнула. — Я могу остаться с тобой, если нужно. — Девушка делилась с сестрой своими страхами и предположениями, но задерживать ее не собиралась.
Рита вздохнула. Раньше она умела держать себя в руках. Пришло время опять взять под контроль свою жизнь. Она думала о том, что пора уже установить сигнализацию. Эти мысли напомнили ей о Евгении Юркевиче. Она сомневалась, что полиция уже проверила его алиби. Скорее всего они еще заняты Марком и его передвижениями в ту ночь.
Она устала чувствовать себя беспомощной, бояться выходить из собственной квартиры из-за страха стать жертвой номер пять. Всему виной были эти письма. Если бы она все время оставалась дома, то не могла бы воспользоваться единственной возможностью, своим даром, чтобы узнать, кто же будет следующей жертвой. Она так жить больше не хотела.
Чем еще она могла помочь найти этого преступника?
— Рита, я испугалась. Ты сидела так неподвижно. Зову тебя, зову, а ты не отвечаешь, — в голосе Ларисы была тревога. — Я спрашиваю еще раз: мне остаться?
— Не волнуйся, дорогая. Со мной все будет в порядке, — Рита долгим загадочным взглядом посмотрела на сестру. — Но прежде, чем ты уедешь, ты должна мне помочь.
Всю дорогу от ресторана до дома Риты Егор разговаривал по телефону со своим помощником, обсуждая задания, которые он должен выполнить для него:
— Мне нужно как можно больше сведений о Марке Семеновиче Фурмане. В настоящее время он работает адвокатом и проживает здесь, в городе. Еще один подозреваемый Евгений Юркевич. Ему около тридцати лет. Занимается установкой современной сигнализации.
— Вас понял, шеф. Что-нибудь еще?
— На данный момент все, — въехав во двор дома, где жила Рита, он надеялся увидеть машину девушки. Но на ее месте стоял совсем другой автомобиль.
Продолжение
Глава 22
Она мерцала на лицах всех девушек
Подавив нарастающую тревогу, Егор позвонил в дверь. Ему никто не открыл. Тогда он стал барабанить в дверь так сильно, что побелели костяшки пальцев.
— Рита? — в квартире была тишина.
Вытащив из кармана телефон, он уже собрался звонить, когда заметил голосовое сообщение: "Егор, это Рита. Я передумала. Ты не должен оставаться у меня. Я уезжаю по делам, но буду дома не позже пяти часов".
Сердце громко стучало в груди.
По делам ушла. Вот это новости! Она что, сошла с ума? Он выругался, оглянувшись вокруг.
Тревога сменилась гневом. Он тоже отправил ей сообщение: "Рита, это Егор. Что происходит? Перезвони срочно".
Он стоял, прислонившись лбом к дверному косяку. Что, если кто-то заставил ее позвонить? И голос у нее был странный. Он проклинал себя за то, что не взял девушку с собой. За то, что она ушла из дома, когда он велел ей оставаться на месте.
Подавив нарастающий страх, он присел на скамейку у подъезда, пытаясь сообразить, что делать дальше.
***
Рита припарковалась у небольшого магазинчика в конце квартала. Вывеска гласила: "Профессиональные системы безопасности".
— Не поняла? Что мы здесь делаем? Разве главный подозреваемый не работает именно в этом месте? — спросила Лариса. Рита кивнула.
— Ты сошла с ума?
— Я не могу сидеть и ждать, когда услышу о следующей жертве, — Рита отстегнула ремень безопасности и открыла дверцу машины.
— Как приезд сюда поможет?
— Если преступник Евгений Юркевич, то в опасности могут быть и женщины, которые с ним работают. А если это так, то я увижу серебристую вуаль на лице той, которая станет его следующей целью.
— И что ты сделаешь? Предупредишь ее? — Лариса была в замешательстве.
— Разберусь с этим по ходу дела. Ничего страшного со мной не случится. Не переживай. Получу брошюру об их услугах. И все, — Рита сама уже сомневалась в собственном плане, но она должна была проверить свои предположения относительно этого непонятного ей Евгения.