Выражение лица Диана тут же изменилось, он опасливо оглянулся назад. Его глаза нервно забегали по стенам кабинета, как будто он искал выход. Но дверь была заперта на ключ, а окна отрывались ровно настолько, чтобы можно было проветрить кабинет.
- Садись, - Ник указал на ближайшую парту. – Надо поговорить.
Дилан медленно подчинился. Ева видела, как дрожали его руки, когда парень отодвигал стул. Сев, он почистил горло и с просил:
- И о чем? - Дилан изо всех сил старался выглядеть спокойным. Но его неосознанное поведение говорило об обратном: парень нервно постукивал пальцами по парте, как будто наигрывал какую-то мелодию.
Парень выглядел уж слишком нервозно. Он волновался намного сильнее, чем ожидала Ева, когда заманивала его в кабинет. Она сама и то намного меньше нервничала, когда ее заперли в секции магических существ. Значит, Дилан что-то скрывал. Или просто настолько не доверял ни ведьмам, ни вампирам. А может просто боялся, что его снова изобьют. Что бы он там себе не нафантазировал, виновницей его нервозности была Ева, которая обманом привела его в кабинет. Она тут же ощутила укол вины за вранье и использование имени мистера Ронана и его должности руководителя ученического совета. Но по-другому бы Дилан сюда не явился.
- Извини, что соврала насчёт дел ученического совета, - неловко начала Ева, пытаясь заглушить чувство вины. Но это не помогло. Дилан лишь гневно посмотрел на Еву, отчего остатки её уверенности растаяли: - Мы... эм... хотели поговорить о том, почему ты хотел встретиться с моим отцом несколько недель назад.
Ева ненавидела себя за то, что стала мямлить. Она ведь столько времени раньше проводила перед зеркалом, тренируясь говорить без всяких "эм", "а-а-а", "э-э-э". Но сейчас подбираясь ближе к разгадке тайны Черной руки Ева нервничала все больше, потому что не знала, что случится дальше. Собирать догадки по крупицам как пазл было весело, но что произойдет, когда они увидят полную картину? Ответ на этот вопрос Ева не знала и, что хуже всего, она не смогла бы его найти ни в книгах, ни в конспектах. Единственный выход - выяснить все самостоятельно. А это намного тяжелее, чем учиться на чужом опыте.
- Это никого из вас не касается, - сказал Дилан, вытянув ноги под партой, как будто пытался венуть себе самообладание.
Кайл подошёл к нему. Он медленно наклонился, смотря прямо на Дилана, и поставил руки на парту. Футболист нервно сглотнул. Выдержать тяжёлый взгляд вампира - то ещё наказание. Но это сделать в сто раз тяжелее, если вампир смотрит на тебя с неприкрытой угрозой.
- Зато нам кажется, что это касается погрома в квартале ведьм, - тихо сказал Кайл. От его голоса по коже Евы пробежали мурашки. И она поняла, что проведёт ещё не мало часов перед зеркалом, тренируюсь говорить вот так.
Дилан издал нервный смешок.
- Вы, действительно, думаете, что я об этом хотел поговорить? - Дилан отвёл взгляд. - Я просто... хотел рассказать отцу Евы о том, что ребята из нашей школы собирались нарисовать граффити на стене библиотеки.
Кайл распрямился, но все ещё неотрывно смотрел на футболиста.
Сквозь матовое стекло в двери кабинета Ева заметила какое-то движение. Мимо кабинета прошёл кто-то из учеников или учителей. Дилан это также заметил, он прекратил барабанить пальцами по парте. Его взгляд метался с Евы на Эмму – единственных, как он думал, людей здесь. Но поддержки в лицах девушек он не нашел. Ева была полна решимости узнать правду, ведь ее с самого начала очень заботили те ужасы, что происходили в городе. А Эмма, сблизившись с Ником, перестала остерегаться всего сверхъестественного. Теперь она помогала выяснить правду не потому что так делала Ева, а потому что ее тоже это волновало.
Лидия закатила глаза:
- Ты врешь, - сказала она. - Граффити в городе появляются уже не первый месяц. И ты все это время молчал. Так почему же решил рассказать про библиотеку? Что-то я не заметила у тебя любви к книгам или памятникам архитектуры.
- Я недавно об этом узнал! - рявкнул Дилан и вновь опустил взгляд, когда Ник встал рядом с Лидией.
- Ты настолько глупый, что даже соврать правдоподобно не смог, - сказал Ник. – Стены библиотеки чисты до сих пор.
- Может… может они передумали, - промямлил Дилан. Выглядел он также жалко, как и его непродуманное вранье.
- А может ты врешь? – спросил Ник.