- Мы с Евой пойдем туда, - он указал на центральный штрек - самый широкий, с рельсами, уходящими в черноту.
Лидия и Ник одновременно кивнули, соглашаясь с Кайлом. Ева же была в ужасе от этого плана. Она видела не так много фильмов ужасов, но знала, что разделяться – плохая идея. Да и к тому же им с Кайлом придется пробираться в кромешной темноте. Но Лидия, кажется, подумала о том же. Она взмахнула рукой и огненный шар на мгновение стал сверкать ярче. Его поверхность сейчас напоминала поверхность Солнца – такая же бурлящая и горячая. А затем шар разделился на две части.
Лидия удовлетворенно кивнула, как будто до этого спорила сама с собой.
Два шара, словно веселые щенки стали играть друг с другом. Наверняка, это было что-то вроде сверхъестественных догонялок. Но Лидия, взмахом руки прервала их игру. И тогда один из шаров подлетел к центральному штреку, терпеливо ожидая, пока кто-нибудь начнет движение.
Воздух даже на первом уровне шахты был не для слабаков. Он пах то ли тухлыми яйцами, то ли сыростью, то ли гнилым деревом. А может и всем разом. Ева тут же подумала про метан. Она вспомнила один из уроков химии, где учитель рассказывал про этот газ. Хорошо, что огненные шары Лидии подпитывались за счет ее магической воли, а не из-за потребления кислорода. Иначе, взрыв в этой шахте мог произойти намного раньше.
Ребята молча разошлись по штрекам. Ева и Кайл двинулись вперед, стараясь держаться у стены. Шар Лидии держался рядом и казался чересчур ярким. Он как будто кричал об их присутствии. Через сотню метров штрек сделал поворот. И у Евы все больше создавалось ощущение, что они скорее находятся в лабиринте. Иногда в стенах штрека появлялись небольшие проходы. Ева догадалась, что они соединяли между собой разные участки штрека или даже параллельные штреки. И это значительно усложняло их задачу. Ведь ориентироваться внутри была куда сложнее, не имея с собой чертежа.
Вскоре Ева и Кайл уткнулись в стену. Этот тоннель оканчивался тупиком. Шар все также плясал рядом. В его свете их с Кайлом тени казались неестественно резкими они причудливо удлинялись, когда шар, вальсируя, словно заправский танцор, удалялся от ребят.
Кайл и Ева вернулись по центральному штреку к первому узкому проходу. Ева с опаской посмотрела на друга. У нее никогда не было клаустрофобии, но, видимо, оказавшись глубоко под землей, можно узнать много нового о себе. Ее грудь сдавливало от страха и тревоги, но в центральном штреке хотя бы было просторно, чего не скажешь об узком темном проходе. И меньше всего Еве хотелось оказаться там.
Но Кайл сделал решительный шаг внутрь. И Еве ничего не оставалось, как пойти за ним. Светящийся шар все время плыл рядом в опасной близости от их лиц. Но Ева не чувствовала ни жара, ни даже легкого тепла. Лишь яркое свечение как будто прожигало зрачок. Но шар, почему-то, отказывался плыть перед ребятами.
Проход был настолько узким, что Кайл едва в нем умещался, хотя не обладал ни широкими плечами, ни спортивной формой. Еве здесь тоже идти было некомфортно. Ноги постоянно попадали в неровности в земле, как будто мешали идти вперед.
Но, к счастью, узкий проход оказался не длинным. И вскоре ребята вновь оказались в очередном штреке. Он был точно таким же, как и предыдущий – широкий, с рельсами в центре и деревянными опорами по краям.
Они пошли вдоль штрека. Молчание Еву не напрягало, она смотрела на Кайла и лишь гадала, о чем он думает. Но выглядел вампир сосредоточенным и спокойным. И от этого Еве становилось немного легче. Сейчас она ощущала странное покалывание кончиках пальцев, как будто ее кожа искрилась. Но она старалась не обращать на это внимание, как и жужжание в голове, которое девушка научилась игнорировать. После посещения зоопарка этот звук стал для нее чем-то естественным. И Ева даже находила его успокаивающим. Жужжание в голове было лишь подтверждением, что ее сила рядом и готова вырваться в любой момент.
Шар уплыл чуть дальше вперед и остановился у очередного поворота. На секунду Еве показалось, что «питомец» Лидии их просто дожидается. Но затем она услышала голоса. И этот звук, разрезавший тишину в штреке, заставил девушку напрячься. Волоски на руках встали дыбом, как у шерсть у испуганной кошки. И именно так себя сейчас Ева и ощущала.