Первой среагировала Эмма. Её глаза начали расширяться пропорционально прочитанному, что, казалось, ещё чуть-чуть - и они выкатятся из орбит. Лидия оставалась спокойной, будто читала рецепт тыквенного пирога. Ник и вовсе нахмурился, будто пытался понять, шутка это или нет.
- Похоже на угрозу, - наконец произнесла Лидия. И Эмма кивнула ей в знак согласия. Это был один из тех редких моментов, когда подруги соглашалась друг с другом.
Ева бросила на Кайла взгляд, полный упрека. Но вампир не обратил на это внимание.
- Или на девиз, - холодно добавил Кайл.
- Это вряд ли, - фыркнула Лидия. - Родители Евы настолько правильные, что от них аж тошно.
Ева не обиделась на слова Лидии. Подруга никогда не выходила из своего мрачного образа, даже в те моменты, когда нужно было кого-то подбодрить или похвалить. К тому же Лидия несколько раз и саму Еву называла тошнотворно правильной. Но не со зла, а просто потому что сарказм был её врождённой особенностью.
- В любом случае, говорить о Черной руке с родителями Ева не собирается, - хмуро сказал Кайл. - Я вчера попытался выяснить о том, что это вообще такое. Но Артур сказал в это дело не лезть.
Знакомое имя резануло слух Евы. Но она никак не могла вспомнить, где его слышала.
- Кто такой Артур? - спросила Эммаа.
- Дедушка Кайла со стороны мамы, - ответил Ник, отчего был удостоен испепеляющим взглядом Кайла. - Он классный старик, - поспешно добавил Ник.
- А ещё очень древний. И очень сумасшедший, - раздраженно бросил Кайл. - Но вчера я нашел дома газету с той самой статьей, о которой ты говорила. И подумал, что мой дед мог вполне знать того старого ведьмака. А может и что-то, что связано с Черной рукой. В общем, я спросил у деда, но ответить он толком ничего не смог. Он сейчас не в лучшей форме.
Ева вдруг вспомнила: Кайл раньше рассказывал об Артуре. Дед был его личным героем. Веселый, немного чудаковатый, но очень добрый. В отличие от отца Кайла, который сделал слова "мрак" и "жестокость" своим личным брендом. Артур частенько защищал Кайла от нападок отца.
- Может, если бы твой отец не держал его взаперти в доме, - сказал Ник, но тут же осекся, увидев взгляд Кайла. - Да ладно, не важно. Все равно твой дед классный, - отмахнулся вампир.
Ева посмотрела на Кайла, изучая его лицо. С возрастом он стал выглядеть суровее. Даже его глаза изменились. Не цвет. А выражение в них. Раньше в глазах Кайла отражались разные эмоции: радость, тоска, страх. Сейчас вампир смотрел на всех исподлобья, как загнанное в угол животное, которое, потеряв всякую надежду на спасение, стало очень опасным. Ева гадала, почему Кайл теперь отзывается об Артуре так... холодно? Что-то явно произошло это что-то не отпускало вампира до сих пор.
- Артур испугался, когда я сказал ему про Черную руку, - добавил Кайл. - Хотя он теперь и собственной тени боится, потому что не знает, что это такое, - Еве показалось, что за напускным безразличием Кайла стоит горечь из-за того, что с его дедом случилось такое. - Но он мне так и ничего не сказал. Единственное, что мы сейчас можем сделать - это попытаться узнать других людей на фото. Может, кто-то из них остался в городе.
Лидия перевернула фотографию и ещё раз посмотрела на людей. Когда её взгляд остановился на незнакомке, похожей на Натали, бровь Лидии вопросительно изогнулась. Но ведьма ничего не сказала.
- Лидия, а это разве не хозяйка кафе, в котором ты работаешь? - Эмма ткнула пальцем в другую незнакомку на фото, слегка пригнувшись, чтобы лучше рассмотреть лицо.
- Точно... она... - задумчиво сказала Лидия.
- Может, у нас получится с ней поговорить сегодня? - с надеждой спросила Ева, радуясь, что нашлась ещё одна зацепка и теперь её родителей можно не трогать.
- Это вряд ли. Сегодня она закрыла кафе. Сказала, что по личным обстоятельствам.
- Странно это все, - сказал Кайл. - Погром в квартале ведьм, потом пропажа крови в больнице. Выглядит все так, как будто кто-то... Не знаю... Хочет настроить жителей друг против друга.
На мгновение в классе повисла тишина. Ребята молча обменивались взглядами. В голове у каждого крутилась одна и та же мысль: это не совпадение. В этот момент, разглядывая всех собравшихся в классе билогии, Ева поняла, что теперь их связывает общая тайна. И пусть никто не сказал этого вслух, было очевидно что они теперь за одно.