- Et luna nos benedicit.[[2]] - ответила Каролина.
Девушки шли вперед. По пути Каролина объяснила, что фразы на незнакомом языке - это приветствия ведьм, которые перекочевали со времен Старого мира. Тогда ведьмы могли проводить свои шабаши лишь тайком, под покровом ночи.
Воздух все сильнее пах костром и травами. Ведьм на набережной становилось все больше и вскоре Эмме едва удавалось протискиваться между ними, чтобы случайно никого не затронуть.
- Вы много знаете об обряде Инициации? – спросила Каролина.
- Нет, - призналась Ева и посмотрела отблеск волн в тусклом свете луны и фонарей. Ей не нравилось признавать, что она чего-то не знает. Но Ева была так поглощена учебой, соревнованиям и работой в ученическом комитете, что не было времени задуматься, как живут другие расы.
Ева уже втянулась в атмосферу праздника, смотря на улыбчивые лица ведьм, слушая их разговоры и выдыхая ароматы, окутывавшие набережную. Эмма тем временем вцепилась в руку Евы и ступала так осторожно, будто ходила по смертельно опасном лабиринту. Но Каролина, к счастью, деликатно делала вид, что этого не замечает.
- Не буду рассказывать про сам обряд, - сказала Каролина и загадочная улыбка заиграла на её губах. – Потому что никаких слов не хватит, чтобы описать то, что вы увидите.
Эмма незаметно сжала руку Евы. Та самая настороженность, которую она всегда испытывала рядом с представителями других рас, медленно превращалась в чистый страх. Но тем не менее она была здесь. Потому что не умела иначе. Быть рядом с Евой было чем-то вроде рефлекса для Эммы. Иногда это переходило все границы. Когда Ева только покрасила волосы в розовый, спустя три дня Эмма появилась с аккуратной розовой прядью. Наверняка, Эмма надеялась на всеобщее восхищение, но получила лишь пару ехидных комментариев от Лидии. Ведьму всегда раздражало стремление Эммы быть во всем похожей на Еву.
Каролина, тем временем, продолжала рассказ.
- Два раза в год – во время Белтейна и Самайна – все ведьминские ковены собираются вместе для проведения Инициации, - продолжала Каролина. – Для каждой семнадцатилетней ведьмы или ведьмака – это большой шаг в будущее. Ведь во время Инициации каждый из них узнает, к какому ковену принадлежит.
Внезапно Каролина повернула голову и гордо продемонстрировала девушкам красную полоску на своей щеке.
- Я принадлежу к женскому ковену ясновидящих, - сказала она таким тоном, будто делилась паролем от своих социальных сетей.
- То есть ты можешь видеть будущее? – наконец подала голос Эмма. Она говорила чуть выше и чуть быстрее обычного, пытаясь подавить тревогу. Ева слегка улыбнулась, радуясь, что хоть что-то увлекло Эмму.
- Иногда, - Каролина пожала плечаи. – Я не могу сделать это когда захочу сама. Никто из ясновидящих не может. Это не работает как поисковик, которому можно задать вопрос и тут же получить ответ. Просто иногда появляется странное ощущение или образы в голове. Иногда видения прямые, иногда их можно понять только когда событие уже случилось.
Ева с интересом посмотрела на Каролину. Ясновидение казалось ей самым захватывающим направлением в магии. Хотя, наверняка, тяжело жить, когда знаешь, что должно произойти, но никак не можешь этому помешать.
- Круто, - выдавила Эмма и поджала губы. Ева была почти уверена, что Эмма хотела спросить Каролину о своём будущем. Точнее о том, кто из школьных красавчиков станет её парой. А вместо этого узнала, что ясновидение - набор странных и неконтролируемым видений.
- Магия в женских и мужских ковенах отличается, - спокойно продолжала Каролина, не замечая, внутренней драмы Эммы. - Женские ковены занимаются магией времени, целительством, друидизмом и ясновидением. В мужских ковенах распространена боевая стихийная магия, демонология, магия рун и некромантия. Ясновидение и некромантия, кстати, одни из самых редких видов магии.
Каролина вела подруг через плотную толпу. Людей было так много, что создавалась ощущение будто они попали в муравейник. На площадке для Инициации было светло, благодаря редким фонарям и факелам, воткнутым в землю. Плотные оранжевые языки пламени покачивались на ветру, будто исполняли ритуальный танец. В центре площадки полыхали два костра. Они были массивными, с человеческий рост. Искорки, вырывавшиеся из огня, устремлялись ввысь, будто хотели стать звездами на ночном небе. Треск поленьев, жар, который касался лица, плеск волн - все казалось таким сказочным и в то же время настоящим. Люди вокруг шептались, вставали на цыпочки, улыбались.