Она ясно представила лицо мамы, нахмуренные брови и уставший взгляд, в котором промелькнет разочарование. Папа резко станет молчаливым, как в те моменты, когда он вспоминает о том, что до сих пор не раскрыл дело с погромом квартала ведьм. Он посмотрит на Еву холодным взглядом, от которого внутренности перевернутся. Ей не нужно было слышать их слова, чтобы понять, что она их подвела и подорвала доверие. Ещё и вытянула Оззи, сделала младшего брата пособником своего глупого проступка.
- Почему так много пострадавших? - спросила Лидия и Ева отвлеклась от грустных мыслей. - Неужели столько людей решили нарушить комендантский час?
- Думаю, дело не в этом, - сказал Ник тише обычного, и это заставило всех прислушаться. - Вы в окно смотрели, когда нас везли сюда? Центр города выглядит так, как будто здесь развлекалась сотня оборотней.
Он замолчал и в коридоре, как будто повисла тяжёлая тишина. Еве показалось, что притихли даже ребята из бункера.
- Вот почему мы никому не дозвонились, - добавил Ник после паузы. - Наверняка в центре творился настоящий хаос.
Ева сжала руки в кулаки. Её родители как раз были в самом центре. Ева зажмурилась и попыталась выровнять дыхание. Все события этой ночи непосильным грузом легли на её плечи.
- Думаю, оборотням в центре досталось по полной, - сказал Кайл, как будто пытаясь успокоить Еву. - Здесь же столько полицейских.
- Да, давайте не будем гадать о том, что было здесь, - добавила Лидия. - Я... Я имею ввиду, что есть более важная вещь, которую нужно обсудить.
Все ребята посмотрели на нее. Лидия бросила взгляд на Давида, а затем продолжила:
- Ева, что с тобой произошло, когда тебя укусил оборотень? И, мне кажется, ты что-то сделала с маяком.
Лидия говорила негромко, но Еве сейчас казалось, что все в больничном коридоре смотрят только на неё и ждут ответ.
- Я не знаю, - сказала она. Слова застревали в горле, но Ева попыталась продолжить: - Мне было так больно. А потом все прошло.
Она снова соврала. Ева не рассказала о жужжании в голове, которое слышала и теперь, только оно было очень тихим. Как будто противный вук возникал, когда она начинала нервничать.
- Странно это все. Я тоже видел как ты схватила маяк и волки отступила Точно ничего больше не произошло? - Ник недоверчиво смотрел на Еву, как будто видел, что она врет.
Ева чувствовала, как кровь прилила к лицу. Казалось, ребята смотрят на нее, как на сумасшедшую. В их пристальных взгллядах Ева видела лишь страх, но не понимала, что друзья переживают за нее.
- Да не знаю я! - сорвалась Ева. Её голос прозвучал громче, чем нужно. Женщина за стойкой регистратуры осуждающе посмотрела на ребят.
Ева опустила взгляд и уставилась на свои колени. Ни за что она не расскажет друзьям про сон и странности, которые теперь её сопровождают. В Новом мире, полном вампиров, оборотней, ведьм, такие аномалии нельзя считать чем-то нормальным. Люди не способны на странности.
Спасителем Евы стал один из докторов. Мужчина в белом халате, с круглым, как шар лицом, и мягким голосом пригласил Еву пройти за ним.
Коридор казался длинным белым туннелем, залитый холодным светом. Лампы слегка гудели и этот звук Ева не могла выносить. Слишком он был похож на тот, что сопровождал её весь вечер.
В кабинете, в который врач привел ее, у стены стояла такая же кушетка, как на коридоре.
- Присаживайся, - мужчина жестом указал Еве на нее.
Когда она удобно устроилась на кушетке, доктор склонился над больной ногой. Он внимательно осмотрел укус, а затем сказал:
- Ничего страшного. Сейчас обработаем рану и даже шрама не останется.
Врач достал баночку с мазью и, когда она коснулась кожи, Ева вздохнула с облегчением. Ноющая боль потихоньку успокаивалась.
***
Ева смотрела в окно, видя как небо становится светлее. Вскоре она услышала женщину из регистратуры, которая по очереди набирала номера родителей ребят, доставшиеся ей от лейтенанта Грейсона и других полицейских.
Первыми прибыли отцы Лидии и Давида. Они были встревоженными, но все равно нашли время переброситься парой фраз с женщиной из регистратуры. И только потом увезли детей домой. Затем приехала мать Ника. Она была невысокой и стройной. Синее платье-пиджак было подогнано точно по фигуре. Женщина что-то причитала про то, что Ник не должен был выходить из дома. И про то, что отец с ума сходит, переживая и за сына, и за машину. Ник покраснел и, опустив голову, прошагал за мамой к выходу.