- Но если они расисты, тогда почему они пытались торговать магическими существами? Было бы логичнее, если бы они их уничтожали, - сказала Лидия.
- Потому что любая, даже самая крепкая идеология, не устоит перед шелестом денег, - Марта грустно улыбнулась. - Они расисты, но это не значит, что они были готовы отказаться от выгоды. Деньги всегда важнее. Для них уж точно.
Ева чувствовала, что прежде, чем говорить о Черной руке, она должна узнать кое-что другое. Более важное:
- И... Что стало с моими родителями? - она еле смогла выговорить последнее слово. Почему-то это казалось каким-то неправильным.
- Погибли. Чёрная рука устроила на нас охоту. Я думаю, Елена и Оуэн, чувствовали, что с ними случится что-то страшное. Поэтому Оуэн, твой папа, пошёл на крайние меры. Он на время скрыл твою магическую силу. Существует древний ритуал, не самый сложный, но провести его может только родитель. Так твоя магия уснула, до вчерашнего дня.
Ева сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Она очень хотела бы, чтобы рассказ Марты оказался жестокой шуткой. Но пока что в нем не было ни одной несостыковки.
- Мне... Мне снилось кое-что странное... - наконец решила рассказать Ева. И быстро сбивчиво пересказала сон про светящуюся горошину. Ей казалось что каждое слово делает её ещё более странной и отдаляет от друзей.
- Думаю, все было не совсем так, - сказала Марта. - Эти образы тебе нарисовало подсознание, чтобы показать возвращение силы.
- Но почему именно сейчас?
- Потому что ведьминская интуиция никогда не спит, - ответила Марта - Силы почувствовали, что ты в них нуждаешься и проснулись.
Ева прикусила губу. Она не знала, можно ли верить Марте. Её слова звучали логично, и в то же время разрушительно. Они разом перечеркнули жизнь, сделав её картонной, ненастоящей.
- Но если Чёрная рука охотится на вас, - подал голос Кайл. - почему все остальные живы? Не поймите меня неправильно, я никому плохого не желаю. Просто это странно.
- Потому что вмешаться мой дед. Он был очень влиятельным человеком в городе, когда-то занимал пост Верховного отца. Когда стало ясно, что угрозы Черной руки не пустышка, я пришла к деду. Он помог. Но его помощь... - Марта занялась и сглотнула, - пришла слишком поздно.
Марта снова замолчала. И Еве даже стало её жаль. Она поверила, что женщина пережила что-то страшное. Ведь такие эмоции невозможно сыграть. Теперь-то Ева и поняла, почему ее родителей и мистера Ронана напугала газетная вырезка. Дед Марты - человек, который защитил их от Черной руки - умер, и вместе с этим в городе стали происходить страшные вещи.
- В тот день... - начала Марта, но снова замолчала,- в тот день, когда погибли Елена и Оуэн, я была с ними.
Она медленно оттянула ворот футболки и показала уродливый, круглый шрам рядом с ключицей.
- Вот, что осталось у меня после того вечера.
Все молчали и смотрели на шрам, пока Марта вновь не скрыла его под футболкой.
- Потом я пыталась узнать у деда, что случилось с Черной рукой. Но он только сказал, что пока он жив, Чёрная рука сюда не сунется. И настоял, чтобы мы отказались от расследования. Как я узнала позже, это было частью какого-то соглашения с Черной рукой.
Ева посмотрела на Кайла и увидела, как он нервно почесывает руку. Это казалось страшным знаком.
- Мы сделали так, как велел дед, - сказала Марта. - Натали и Уэйн, хоть только недавно окончили школу, поженились, чтобы удочерить тебя. И вскоре мы разъехались по разным городам, слишком больно было находиться здесь.
- Мы переехали в Коммунис, когда мне было пять лет, - задумчиво произнесла Ева. - Тогда папу перевели сюда из другого города.
- Да, тогда Натали и Уэйну пришлось вернуться,- сказала Марта. - А я вернулась после смерти деда.
Ева постучала пальцами по столу, пытаясь все быстро обдумать.
- То есть теперь Чёрная рука снова может угрожать моей семье? И вам? - спросила она.
- Думаю, мы в безопасности, пока не высовываемся. Но то, что Чёрная рука снова развернула свою деятельность здесь означает только одно: они знают, что моего деда больше нет.
- А что насчёт других моих родственников? У меня есть ещё кто-нибудь? - вопросы сыпались как из рога изобилия. Но Еве хотелось знать все.