Но сегодня, когда Ева сбежала из кафе, а он обнаружил её под ивой, Кайл почувствовал не боль, а радость. Это было глупое и эгоистично чувство, но в то же время именно оно согревало душу вампира. Наверное, именно поэтому он, как последний идиот, выложил ей все о своём отце. А может потому что хотел показать, что Еве повезло с родителями, пусть они были и приемными.
Но уже чуть позже Кайла накрыла волна стыда. Радоваться, что у подруги все плохо, пусть это и привело её в их место, не просто плохо, а ужасно. Наверное, если бы существовала какая-нибудь шкала подлости, своим сегодняшним поступком Кайл бы поставил новый рекорд.
Кайл шёл по крваталу, ничего не замечая вокруг. Дома скользили перед взглядом, как декорации старого, надоевшего фильма. Он видел их сотни раз. Вопреки всем убеждениям, в квартале вампиров вряд ли увидишь старые готические замки со шпилями, которые намереваются проколоть небо. По правде говоря, дома здесь вообще мало чем отличались от домов в любом другом квартале. Разве что в квартале вампиров создавалась впечателение, что его спроектировал практичный, но уставший архитектор. Никаких вычурных зданий и лишь спокойные тона. После столетий жизни во тьме яркие цвета казались вампирам слишком наглыми и кричащими.
Квартал вампиров также пострадал в Волчью ночь. Следы этого происшествия виднелись то тут, то там, как шрамы. Больше всего пострадали дома вампиров, которые жили небогато. Кайл зметил и покосившийся деревянный забор с дырой, которую кто-то небрежно забил фанерой, и выбитые стекла, и даже следы когтей на бетонной дорожке. Дом Кайла, обнесенный высоким кованным забором с острыми, как иглы, пиками, был надёжно защищен от незапланированного вторжения. А потому стоял невредимый. Величественный двухэтажный особняк, облицованный коричневым и бежевым кирпичом, возвышался над соседями. Почти всю переднюю стену занимало панорамное окно, выставляющее напоказ внутреннее убранство дома: холл с мраморным полом и часть второго этажа.
Кайл набрал код на панели, и тяжёлые кованные ворота бесшумно отъехали в сторону. Взгляд парня сразу же метнулся к подъездной дорожке. Она была пуста. Значит, либо отец загнал машину в гараж (плохой знак, который означал, что он дома надолго), либо уехал по делам (хороший знак). Стекла в машине Валентина были сделан из того же материала, что и купол над городом, что позволяло отцу перемещаться даже днем. Правая рука главы клана не мог позволить себе сидеть в границах своего квартала с восхода до заката.
Пока Кайл шёл по дорожке к парадной двери, он, как всегда, напряг свои чувства до предела. В худшие дни присутствие Валентина можно было почувствовать ещё со двора. Парень прислушивался, приглядывался и даже принюхивался, надеясь найти Валентина раньше, чем тот найдёт его. Эта привычка - быть всегда на стороже - стала его второй кожей с детства.
Кайл решительно толкнул входную дверь и, чтобы не передумать, быстро шагнул внутрь. Воздух в холле был прохладным и неподвижным. Кайл замер, делая глубокий вдох. И не почувствовал ничего: ни тревоги, ни тоски, ни страха. Лишь в воздухе витал едва уловимый аромат воска для дерева, а мраморный пол тихонько поскрипывал по его подошвами. Но Валентина дома не было.
Его отец обладал уникальной способностью для вампиров. Чтобы поддерживать жизнь, ему не всегда требовалась кровь, он мог питаться чужими эмоциями. В буквально высасывал из всех, кто был рядом, радость. В его присутствии мир был не просто серым, а как будто в разных оттенках черного. Рядом с Валентином оставался лишь страх и неясная тревога.
Утром, в больнице, Кайлу потребовались все силы, чтобы держать спину ровно перед отцом. И он вряд ли бы смог. Но Ева была рядом. Как и в детстве она придавала ему сил противостоять отцу. И в этот раз все чудом обошлось для Кайла малой кровью. Валентин был зол, но в то же время он понял, что сможет использовать неожиданное геройство сына в своих интересах. Наверняка поэтому он ещё не запер Кайла в комнате.
Дома было тихо и пусто, как в каком-нибудь старинном склепе. Тишина здесь была особого сорта - не умиротворяющая, а густая, удушающая, тяжелая. Как будто даже стены затаили дыхание, в ожидании очередной выходки Валентина. Мама Кайла, как обычно заперлась в своей комнате. Она редко бродила по дому - стратегически правильное решение, когда твой муж-тиран, который умеет контролировать свою жуткую способность, но никогда не выключает её дома. Почему? Это был его способ контроля собственной семьи. Мерзкий и нечестный. Кайлу хотелось бы поступить также, как и мама. Но он слишком хорошо знал - если отец не будет издеваться над ним, то найдёт другую жертву в этом доме. Кайл долго ломал голову, как его мама обратила внимание на Валентина. А потом просто перестал задаваться этим вопросом, решив, что их брак был просто выгодной партией для обоих. В семьях вампиров это не было редкостью.