Девушка что-то пробормотала, наверное, опять поминала проклятое письмо, но я не позволил ей сбежать. Ей еще предстояло насладиться местной кухней! Что может быть чудесней каши с комочками, такого она никогда не пробовала, ручки-то у нее вон какие белые.
Любой консерватор-патриарх вздохнул бы тяжело, увидев эти руки. Для них идеалом женщины, матери семейства была трудолюбивая, готовая к лишениям богиня домашнего очага! А то что у богини руки, как сидалищная мышца после купания в проруби, так это ничего. От того ценнее матрона.
Взяв девушку под локоток, я повел ее в обеденный зал. Там нашел свободный столик — не смотря на ранний час, зал был наполовину заполнен — и наказал сидеть на месте, пока не приду. Девушка превратилась в изваяние, на всякий случай я прицепил подошвы ее сандалий к полу магическим словом. Теперь не сбежит.
У одной служанки я попросил бутылку вина, у другой — стаканы зеленого стекла, а хозяину пригрозил кастрацией. Чтобы этот мужичок лично поднимался ко мне, чтобы сообщить о посетителях. Хозяин гостиницы сначала попробовал возмутиться — заплатил-то я ему мало — но после того, как я слегка ущипнул его шокирующим зарядом, сник.
— И подай что-нибудь стоящее, мне требуется успокоить девицу, ведь я ее чуть не зашиб из-за тебя! — приказал я хозяину гостиницы на последок.
Лебезя, мужичок сбежал на кухню, исполнять мое указание. Интересно, он попробует наплевать в мою тарелку? Я-то замечу это точно.
Найти мой столик оказалось сложно, оставленная девушка превратилась в ожившего мертвеца. Других ориентиров я не запомнил. Она была бледнее поганки, казалось, что вот-вот рухнет в обморок. Похоже, что моя шутка с сандалиями ее напугала до смерти.
— Не беспокойтесь, я же не дикарь, — сказал я жертве моих шуточек. — Вас просто следовало проучить, сбить с вас спесь.
Я разлил вино по стаканам.
— Вы должны знать, с кем ваш хозяин имеет дело, — закончил я.
— Он нам не хозяин, — слабо прошептала девушка и попробовала вино.
— А кто он вам? Любовник? — в лоб спросил я.
Вино, кстати, было неплохим. Я не стал тратиться на лучшее, которое было припрятано у хозяина, но приобрел достойную жидкость, радующую вкусовые рецепторы.
— Нет, — девушка разозлилась, хотя совсем чуть-чуть.
— Ну, вот я вас хоть в чувства привел, как вам вино?
— Неплохо.
— А звать вас как, о голубь несущий сообщения достойного господина Ашана?
— Изил, — против воли улыбнулась она.
— Вот и славно, давайте, мы с вами позавтракаем, а потом обсудим дела?
Изил, конечно, согласилась. Разве могла она отказать такому парню, как я? Я был неотразим, как отлично наточенный клинок, готовый отправить душу на суд Императора! В стальном блеске моего великолепия отражался страх девушки, она разучилась перечить в тот же момент. Я был окрылен бесславной победой. Хотя, я просто баловался.
Нам принесли кушанья. То был гусь, специально сготовленный для нас. Обычно тут подавали рыбу, но от нее тошнило каждого жителя Врат. Рыба дешева, питательна и продается на каждом углу. Торговцы рыбой занимали даже и без того узкие лесенки, переходы между ярусами. Естественно, к запаху моря все уже привыкли, а мне, как человеку приезжему, было довольно тяжело ощущать смрад рыбьих потрохов.
Хозяин сделал нам одолжение, подав птицу. Это конечно не говядина, не баранина, но хотя бы не жилы ящера, которые просто обожали аборигены Кольца. Впрочем, этот деликатес нравился и мне, особенно сдобренный местными пряностями. Но в то утро мне хотелось чего-то родного, того, что принято есть в Империи. Хозяин гостиницы интуитивно выбрал достойное моего гения блюдо! Честь ему и хвала!
Плевать в тарелку, он так же поостерегся.
Изил оценила завтрак по достоинству. Как всякий человек, готовящийся занять место среди почтенных словоблудников в коллегии адвокатов, она была прагматичной особой. Экономила на всем, чтобы покупать соответствующие ее статусу наряды, духи, украшения. Девушка явно давно не видела белого мяса, питалась только рыбой или того хуже — водорослями. Водоросли полезны, не спорю, но ничего не стоили во Вратах.
Завтракая, девушка украсила свое личико симпатичным румянцем. Я надеялся, что это мой щедрый подарок вернул ей радость жизни. Вчера она мне совсем не запомнилась, была бледненькой, серенькой, под стать Ашану. Теперь же она расцвела, как дождавшийся дождя цветок.
— Какое-то странное у меня настроение, — сказал я, когда обглодал последнюю косточку.
Ел я за двоих, магии требовалась подпитка, моему телу так же.
— Что вы имеете в виду? — просто, чтобы проявить вежливость, поинтересовалась Изил. — Господин Ашан вчера много о вас говорил, так что я не заметила никаких странностей.