Очевидно, судьба собратьев заставила эльфов Королевства взглянуть на союз с Империей по-другому. Уж лучше мирно принять то, что не просто уничтожит тебя — нет, достойной смерти им не подарят.
Но это все история, причем давняя. Мой род тогда еще даже не утвердился в Норсерте, а обо мне Боги даже не помышляли. Разве что история мирного завоевания Огненного Кольца мне может быть интересна. Я ей и интересовался.
Обо всем этом я размышлял на бегу, так как тело действовало самое, доведя некоторые операции до автоматизма. Во-первых, мне необходима была одежда. Денег на качественный товар уже не было, а мой вид не позволял переступить порог модного портного. Весь в саже и засохшей крови я напоминал… в общем, чего выдумывать глупые сравнения, вид был ужасен и точка.
Так что я остановил свой выбор на лавках, где продавали ношеную одежду. На другое у меня не было ни времени, ни сил. Выбрав там простую тунику, плащ с застежкой и полусапоги, я оставил портному залог и договорился о том, чтобы одежду привели в порядок — подлатали, почистили и вообще. Хотя, она и так выглядела сносно — одевай да носи, но чуть-чуть подправить ее не мешало.
Портной обязался доставить одежду через два часа в бани. Толи мой вид, толи просто сердобольность мастера помогли мне договориться. Обычно деляги не идут на такое, требуют все деньги вперед, а потом еще пытаются обмануть.
Затем я направился в бани и два часа мыл свое тело. Это было нелегко, так как грязь уже засохла и въелась в поры. В конце концов, я бросил попытки отмыть руки от крови, ограничился только чисткой ногтей. Суд все же дело важное, негоже появляться там в образе хлебопашца.
Два часа пролетели незаметно, свои лохмотья я отдал слуге банщика, сказав:
— Можешь сварить из них суп, мяса много там.
Слуга боязливо улыбнулся и скрылся где-то в подсобке.
Я одел новую одежду, которая оказалась в самый раз. Портной обладал точным глазом, раз смог оценить мою фигуру и подготовить для нее одежду. Я заметил свежие стежки на туники, а раз видел их я, то заменят и другие. Плащ оказался в самый раз, я набросил его на плечи, скрыв недостатки своего одеяния.
Подпоясавшись и повесив перевязь с мечом, я ушел. До суда оставалось еще несколько часов, но мне требовалось добраться до верхнего пояса квартала. Там была оборудована площадь, наподобие имперского форума, только раза в четыре меньших размеров. Но и во Вратах людей обитало меньше, а уж людей, любивших юридические процессы — и того меньше. Сверху площадь и весь верхний ярус был накрыт огромным полупрозрачным куполом из зачарованного стекла. Это стекло могло менять свои свойства — ночью он становился прозрачным, а днем затемнялся.
Зачем нужны были такие фокусы? На верхнем ярусе даже ночью жизнь не замирала, гости города любили прогуливаться по площади, совмещенной с жалким парком, и наслаждаться звездами.
Как я и ожидал, после обеда все лестницы походили на вены, по которым двигается городская кровь — жители. Не протолкнуться в этой толчее, а вот лишиться кошелька — запросто. Я держал свою котомку перед собой и зорко поглядывал по сторонам, но поток людской впихнул меня в толпу артистов и музыкантов, шедших в театр. Они шли сплоченной группкой и отбивались от всех, кто пытался отвлечь их от движения вверх. Они, как и я, спешили, так что работали локтями усиленно, а я двигался в фарватере.
Не доходя до верхнего яруса, артисты свернули в выводящий коридор и оставили меня один на один с потной толпой. Эх, если бы потолки были тут не такими низкими, я бы чего доброго решился пролететь над головами обывателей. На верхний пояс иначе, чем по этим проклятым лестницам не попасть. Я еще не изучил город досконально, так что не приметил хитрых проходов. Но и левитацией пользоваться я не хотел, это трата сил и лишнее привлечение внимания.
Меня спасали только габариты и недоброе выражение лица, ну, и жаждущий боевой славы клинок. Люди не так сильно пихали меня, но поносили будь здоров, когда я расталкивал поток и, как пловец двигался вперед. Такое передвижение не могло не выматывать. Вверх идти оказалось тяжелее, чем вниз, особенно, когда твои ноги становятся жертвами беспринципного нападения другого пешехода!
В общем, ужас, а не город.
Дойдя до верхнего пояса — поток кстати поредел, редкий житель поднимался столь высоко своими ногами — я был уже готов даже к самому страшному суду в своей жизни. Даже председательствуй на процессе Император, я бы не испугался. Заряд бодрости, подхваченный от толпы, взбодрил и озлил меня. Все-таки не зря поэты считают города сосредоточениями зла, но этим бездельникам только и остается, что выдумывать свои пасторали. Вне городов жить нельзя, как ни старайся.