Нэйт не знал, чему был ошеломлен больше: тому, что она всё ещё помнила его, или что назвала по имени. Она не только не забыла его, но и назвала по имени! Она не забыла его имя. Господи!
- Не шевелись, – попросил он, медленно приходя в себя.
Еще и потому, что рядом стали собираться люди. Та служанка, которая плакала и звала своих собак, те, кто хотел посмотреть на зрелище, и те, кто отлично знал их.
- Я едва ли могу пошевелиться, – послышался голос Дафны сквозь жуткий лай.
Тяжело дыша, Нэйт попытался взять себя в руки, чтобы сообразить, как вытащить ее оттуда. Поводок обмотался вокруг ремней и застрял между собаками, поэтому было почти невозможно добраться до него, чтобы оттащить их назад. Собаки либо разорвут его на части, либо ремни вообще разорвутся, и контролировать их будет практически невозможно.
Заставив себя на время не смотреть на Дафну, Нэйт окинул изучающим взглядом бандитскую свору, пытаясь оценить каждого участника. Пудель лениво поддерживал своих братьев, борзые слишком уж разошлись, а вот ротвейлер скалился и всерьез пытался взобраться на стол, встав на задние лапы и опираясь передними о столешницу, которая еще больше накренялась, только ему этого не позволили запутанные ремни, тянувшие его назад. Он и был самым опасным из всех. Вероятно, если успокоить его, остальные последуют его примеру. Надо было ему хорошенько врезать, чтобы он пришел в себя. Что ж, задача не из легких, но…
Нэйт посмотрел на Дафну и… двинулся к ней.
Она замерла, как вкопанная, продолжая держать перед собой зонтик, который почти не замечала.
- Господи, что ты делаешь? – изумленно выпалила она, придя в себя.
Голос ее прозвучал недовольно… Как сладкая песня для души. Господи, как он соскучился по этому огненному голосу!
- Иду к тебе, разве не видно? – любезно ответил Нэйт, пытаясь незаметно для собак подойти к ней.
Дафна еще шире раскрыла свои глаза и даже выпрямилась, на время позабыв главную угрозу. Занятый сворой, он не увидел, как еще больше побледнело ее лицо.
- Ты что, сошёл с ума? Они же бросятся на тебя!
Нэйт быстро взглянул на нее и подмигнул.
- В этом и весь расчет.
Она застонала. От отчаяния. От раздражения.
- Стой на месте! – потребовала она гневно. И испуганно.
Разумеется, он не подчинился. Нэйт продолжал медленно двигаться вперед вдоль живой изгороди, чтобы не привлечь к себе внимание собак. Еще рано. Для того, чтобы хоть что-то предпринять, ему прежде нужно было встать между ними и Дафной, чтобы убедиться, что она будет в безопасности, затем уже попытается разобраться с ротвейлером и его дружками.
- По-моему именно тебе следует поступить так, – заговорил Нэйт больше для того, чтобы отвлечь Дафну.
Ее голос задрожал.
- Я вообще не двигаюсь.
- Вот и умница.
Она бессильно застонала.
- Это просто невозможно!
Она была изумительна!
- Чем ты разозлила их? У тебя дар притягивать неприятности и взбешённых животных?
В какой-то момент, когда Нэйт поднял к ней голову, она яростно обожгла его своим пристальным взглядом.
- Я ничего не делала! Хотя не удивлена, что они взбесились. Ты ж был рядом. Твое великое родство с животными превращает их в диких, неуправляемых зверей.
Пудель заметил Нэйта, когда он добрался до дерева и начал приближаться к четверке. Повернув голову, пудель стал лаять на него.
Дафна стала почти белая.
- Боже, пожалуйста, стой на месте! Они…
Нэйт снова посмотрел на нее, и сердце его сжалось от невыносимой боли, когда он увидел страх в ее глазах. Не только по самой себе. Мог ли он рассчитывать на то, что спустя столько времени заслужит ее беспокойство о себе?
- Они мне ничего не сделают, – заверил Нэйт, приближаясь.
Какое счастье, что он не оставил трость в карете. Ему следовало поблагодарить Эви за это обретение. Подняв трость, он стал отгонять собак, шикая и рыча на них в ответ. Вскоре он уже стоял у стола. Подняв руку, Нэйт схватил тоненькие пальцы Дафны, затянутые в перчатке, и на мгновение застыл, не веря в то, что не только видит ее, но и касается ее.